Несмотря на все усилия авторов пособий на тему «Как добиться успеха», признание по-прежнему остается во многом делом случая и на практике часто оказывается не тем, о чем мечталось.

К 44-м годам Алан Александр Милн был вполне состоявшимся романистом, драматургом, поэтом и публицистом. Начав с редактирования студенческого журнала в Кембриджском университете, где он изучал математику, Милн вскоре стал внештатным автором, а затем и помощником редактора юмористического журнала «Панч».

Алан Александр Милн в 1922 году

Глядишь, с годами он дорос бы и до главреда и провел всю жизнь в эмпиреях столичных театров и джентльментских клубов, если бы не война. Пацифистские убеждения Милна были принесены в жертву его патриотизму — так он оказался на фронте, да не где-нибудь, а в пекле самого кровопролитного сражения в истории. (Тем же ветром призывной кампании в битву на Сомме занесло и Дж.Р.Р. Толкиена; Мертвые болота во «Властелине колец» — результат незабываемых впечатлений, полученных там автором.)

Ужасы войны, гибель друзей, хаос и неразбериха принимаемых командованием решений, стоивших тысячи жизней, были невыносимы.

From a Full Heart by A.A. Milne

Oh, I’m tired of the noise and the turmoil of battle
I’m even upset by the lowing of cattle,
And the clang of the bluebells is death to my liver, 
And the roar of the dandelion gives me a shiver,
And a glacier, in movement, is much too exciting,
And I’m nervous, when standing on one, of alighting –
Give me Peace; that is all, that is all that I seek…
Say, starting on Saturday week.

В августе 1915-го во время прокладки линии телефонной связи батальон Милна попал в засаду. (Милн предупреждал командование о вероятности такого исхода, но его никто не послушал.) Шестьдесят человек погибли, около сотни получили ранения. Сам Милн был контужен и отправлен в тыл.

Но на этом война для него не закончилась. Для участия в активных боевых действиях он больше не годился, но его литературное дарование еще могло послужить на пользу Родине. Так Милн оказался в компании двух десятков лучших писателей того времени, сочинявших духоподъемные тексты для MI7b, секретного отдела военной пропаганды.

Демобилизовавшись в 1919-м, он с женой поселился в доме номер 13 по Маллорд Стрит в лондонском Челси. Год спустя, 21 августа 1920-го, здесь родился их единственный ребенок — Кристофер Робин.

Милн не отличался большим чадолюбием и роль отца, как потом жаловался в своих мемуарах его сын, исполнял без особого энтузиазма. Правда, отцовство вдохновило его на написание книжек для детей. Первой из них стал сборник стихов «Когда мы были совсем маленькими» (When We Were Very Young), опубликованный в 1924 году. Именно там, в стихотворении Teddy Bear впервые в качестве литературного персонажа появляется плюшевый мишка Кристофера Робина по прозвищу «мистер Эдвард». В скором будущем он станет Винни-Пухом в честь застенчивой медведицы в Лондонском зоопарке, теплыми чувствами к которой прониклись и отец и сын, правда, по очень разным причинам: мальчик видел в ней милую живую игрушку, а Милн — самого себя.

Кристофер Роберт Милн в детстве

«Винни-Пух» (1926) и «Дом на Пуховой опушке» (1928), хотя и считаются детскими книжками, психологами уже давно выведены на чистую воду: дескать, в них автор попытался объяснить маленькому сыну причуды своего поведения — последствия вышеупомянутой контузии, — когда жужжание пчел казалось ему свистом пролетающих пуль, а лопнувший воздушный шарик заставлял в панике искать укрытие. Каждый из всем нам знакомых с детства персонажей воплощает тот или иной аспект посттравматического стресса: Пятачок — паранойю, Иа-Иа — депрессию, Тигра — импульсивное поведение, Кролик — замешанную на перфекционизме агрессию, Сова — потерю памяти, Кенга и Ру — чрезмерную боязнь реальных и воображаемых опасностей. Винни-Пуху в этой контуженной вселенной достается роль выразителя всего того, что на уме у его создателя.

Впрочем, рядовые читатели не склонны заниматься подобными умопостроениями. Они просто всем сердцем полюбили милые рассказы о похождениях забавного медвежонка и его приятелей, которые бальзамом легли на души миллионов людей, с трудом оправлявшихся от недавнего военного кошмара. Так Алан Александр Милн буквально в одночасье стал автором бестселлера и популярнейшим детским писателем.

Пожалуй, еще большей неожиданностью для него обернулась (между)народная слава, обрушившаяся на его сына. Фотосессии, письма поклонников (на которые мальчик прилежно отвечал с няниной помощью), записи аудиоверсий наделавших столько шуму книжек и проч. и проч. Милн смотрел на весь этот ажиотаж вокруг сына с «изумлением и отвращением» одновременно; да и наверняка не без вполне понятной ревности, добавим мы.

В 1930-м Кристофера Робина отправили учиться в частный пансион. Три года спустя (подозреваю, как только достиг минимального для занятий возраста) он начал брать уроки бокса, чтобы защититься от нескончаемых издевательств со стороны однокашников, не делавших различий между книжным персонажем и его прототипом. Впрочем, это и правда было непросто, ведь даже нарисованный Эдвардом Шепардом Кристофер Робин был точной копией их соученика.

Малоприятные чувства, которые мальчик-звезда испытывал по отношению к виновникам своей непрошеной славы — отцу и «Винни-Пуху», — обострились после окончания университета, когда Кристофер Робин никак не мог найти работу.

В унылые минуты, когда я наматывал круги по Лондону в поисках работодателя, который смог бы найти применение моим способностям, какие уж были, мне почти казалось, что мой отец достиг своего положения, вскарабкавшись на мои детские плечи, что он украл у меня мое доброе имя и оставил мне лишь никчемную славу его сына». (“In pessimistic moments, when I was trudging London in search of an employer wanting to make use of such talents as I could offer, it seemed to me, almost, that my father had got to where he was by climbing upon my infant shoulders, that he had filched from me my good name and had left me with nothing but the empty fame of being his son.”)

«Винни-Пух» стал сущим проклятием и для его отца. После всего случившегося он решительно порвал с детской литературой, но в глазах читателей и, что было гораздо обиднее, многих коллег-писателей и критиков А.А. Милн был отныне лишь автором книжек о медвежонке с опилками вместо мозгов. В этом статусе — нечаянном и постылом — он и остался в истории литературы.

If a writer, why not write
On whatever comes in sight?
So — the Children’s Books; a short
Intermezzo of a sort:
When I wrote them, little thinking
All my years of pen-and-inking
Would be almost lost among
Those four trifles for the young.

A.A. Milne, 1952

Разлад, внесенный в семейную жизнь Милнов «Винни-Пухом», оказался непреодолим. И если отца Кристофер Робин хотя бы изредка навещал в последние годы жизни, то с матерью, не одобрявшей его брак, он после смерти Милна виделся всего один раз за 15 лет. ( Дафна Милн даже на смертном одре отказалась попрощаться с единственным сыном.)

Кристофер Робин Милн с женой Лесли

С злополучными книжками, героем которых его без спросу сделал отец-писатель, он к концу жизни кое-как примирился. Правда, свои игрушки — прототипы литературных Винни-Пуха и всех-всех-всех (кроме крошки Ру, к тому моменту давно потерявшемуся, и Совы и Кролика, придуманных Милном и никогда не существовавших в действительности) — отправил аж на другую сторону Атлантики, где они поселились в детском читальном зале Нью-Йоркской публичной библиотеки. Кроме того, он отказался от своей доли в огромной прибыли, приносимой сочинениями Милна-старшего и их производными вроде диснеевской франшизы.

Между тем, виновник этой семейной драмы стал самым дорогим выдуманным персонажем в истории, приносящим доход более 3 миллиардов долларов ежегодно. Он также получил звезду на голливудской Аллее Славы и свой день в календаре — День Винни-Пуха, — который отмечается 18 января. В этот день в 1882 году на свет появился Алан Александр Милн.

Что почитать: А.А. Милн. Влюбленные в Лондоне. Хлоя Марр.

Понравилось? Поделитесь с другими!