Удивительный Лондон

Нетривиальный гид по британской столице

Author: Анастасия (Page 1 of 23)

Волшебные механизмы Джона Мерлина

В прошлом году в лондонском Музее науки состоялась выставка, посвященная истории роботов. Признаться, сейчас я уже и не вспомню большинства из человекоподобных экспонатов в современной части экспозиции, а вот прекрасный серебристый лебедь, с удивительной грацией выхватывающий рыбок из волн окружающего его пруда, по-настоящему поразил мое воображение. (Только собирая материал для этого рассказа я узнала, как мне повезло: оказывается, жемчужина музея Боуз в графстве Дарем, никогда прежде не покидавшая родных стен, кроме как ради реставрации, гостила в столице в течение всего 6 недель из 7 месяцев, на протяжении которых работала выставка.) Чудо-птица была создана в Лондоне в 1773 году замечательным изобретателем и настоящим волшебником по части механики, которого судьба одарила не только исключительным талантом, но и идеальным именем — Джон Джозеф Мерлин* (1735-1803).

*Мерлин — в британском цикле легенд, мудрец и волшебник кельтских мифов, наставник и советник короля Артура.

Читать дальше

Groom of the Stool: из грязи в князи

Идеи приватности и потребности в личном пространстве получили широкое распространение лишь в викторианскую эпоху. А до тех пор англичане вели жизнь сплошь коммунальную; уединиться удавалось лишь счастливым обладателям т.н. four-poster beds (кроватей с балдахином). Не были исключением и не озадаченные жилищным вопросом монархи, день и ночь окруженные толпами придворных и слуг.

Средоточием королевского двора были личные покои государя — анфилада комнат, в конце которой располагалась святая святых — спальня и ретирада первого лица. Обслуживающий этот пуп английской земли персонал возглавлял the Groom of the King’s Close Stool (или — более кратко — Groom of the Stool). Должность была учреждена в самом конце XV века Генрихом VII и подразумевала удовлетворение личных нужд короля. При Генрихе VIII  список этих нужд, а вместе с ним и полномочия заботившегося о них слуги, вышли далеко за рамки интимного.

Читать дальше

Basic English

Опубликованная в 1930 году книга Чарльза Кэя Огдена (1889-1957) «Вводный курс базового английского с правилами и грамматикой» (Basic English: A General Introduction with Rules and Grammar) представила миру революционную идею общедоступного языка международного общения. Лингвист-пацифист, всю жизнь то в одной, то в другой из своих многочисленных ипостасей трудившийся на благо взаимопонимания и мирного сосуществования разноязыких народов, вполне закономерно пришел к созданию lingua franca, во главу которого ставилась не только функциональность, но и легкость изучения.

Читать дальше

Томас Уолси и его mission impossible

Анна Болейн была у Генриха VIII далеко не первой (и, как мы знаем, не последней), но ей первой удалось то, о чем ее предшественницы могли только мечтать — выбиться из любовниц в королевы.

Анна Болейн, вторая жена Генриха VIII

По тогдашним канонам Анна не считалась красавицей, зато была большой умницей: семь лет, проведенных при французском королевском дворе, не были потрачены ею впустую — девица пела, плясала, играла на музыкальных инструментах, знала толк в женских нарядах и своим европейским лоском заметно выделялась на общем довольно-таки провинциальном фоне двора Генриха VIII, где она оказалась в 1522 году.

Король-женолюб не мог, разумеется, пройти мимо такой жемчужины. Анна, однако, оказалась крепким орешком: сомнительная с моральной точки зрения и ненадежная во всех остальных отношениях вакансия монаршей фаворитки ее, благородную аристократку, не прельщала. В конце концов, Генрих, потеряв надежду произвести на свет наследника престола с законной супругой, решил с Екатериной Арагонской развестись и жениться на Анне Болейн — блестящий план, позволявший и добиться благосклонности предмета своей страсти, и, дай бог, спасти династию Тюдоров от вымирания. Его практическое воплощение в жизнь было поручено красному кардиналу Томасу Уолси. Для Генриха VIII это было только начало целой серии матримониальных эскапад, обеспечивших ему историческое бессмертие, а для Уолси — конец его блестящей карьеры.

Читать дальше

Ne crede Byron

Я всегда считал вас самой умной, самой милой, абсурдной, любезной, удивительной, опасной и пленительной малышкой из тех, что живут сейчас или жили две тысячи лет назад. Не стану говорить вам о красоте — не мне судить. Но наши красавицы рядом с вами блекнут, так что либо вы красивы, либо это нечто лучшее». (‘I have always thought you the cleverest, most agreeable, absurd, amiable, perplexing, dangerous, fascinating little being that lives now or ought to have lived two thousand years ago. I won’t talk to you of beauty—I am no judge. But our beauties cease to be so when near you, and therefore you have either some, or something better’.)

Так писал Байрон леди Каролине Лэм в 1812 году, когда они впервые встретились. Его слова можно было бы выгравировать на ее надгробье в качестве эпитафии. Она и правда была удивительной и опасной и для окружающих и, прежде всего, для самой себя.

Читать дальше

Джордж Уилсон, необыкновенный пешеход

В это, вероятно, сложно поверить, но британцы чрезвычайно азартны. Сейчас к их услугам многочисленные букмекерские конторы — там, где живу я, их как минимум две на расстоянии меньше километра друг от друга; а лет двести назад аристократы проигрывали порой в джентльменских клубах Вест Энда целые состояния, делая ставки без преувеличения на все, что движется — от дождевых капель на окне до экипажей, — народ попроще испытывал фортуну в пабах.

Афиша, рекламирующая соревнования по ходьбе на длинные дистанции

В самом начале XIX века все внимание азартных англичан сосредоточилось на занятии, которое известно нам как спортивная ходьба. Задолго до того как стать олимпийским видом спорта пешие прогулки на большие расстояния на скорость назывались в Англии ныне забытым словом pedestrianism (от англ. pedestrian — «пешеход»). Все началось, как нетрудно догадаться, с аристократов, которые придумали имевшиеся у них в избытке досуг и деньги тратить на бега, где вместо лошадей выступали их собственные лакеи.

Читать дальше

Как англичанка спасала Россию от проказы

Затерянный на бескрайних просторах Якутии поселок Сосновка не относится к числу популярных туристических направлений, и даже заядлым путешественникам пришлось бы приложить немало усилий, чтобы добраться сюда. Тем более удивительно обнаружить здесь музей и памятник англичанке Кэт Марсден. Какими судьбами медсестра из Лондона оказалась в сибирских дебрях и за что удостоилась чести стать местной героиней, в то время как на родине подверглась опале и забвению? Об этом сегодняшний рассказ.

Читать дальше

Голова как улика

Набор френологических мини-бюстов из коллекции Генри Уэллкома

Натворив революционных дел в родной Германии, Вильгельм Либкнехт отправился искать политического убежища в Лондоне. Здесь он немедленно вступил в ряды трудящихся соотечественников, занимавшихся ликбезом (German Workers’ Education Society), и подвергся проверке на благонадежность патриархами социал-демократического движения Марксом и Энгельсом. По словам Либкнехта, будущий автор «Капитала» не только учинил ему устный допрос, но также с явным знанием дела ощупал голову. (Впоследствии Маркс поручал это деликатное исследование специалистам, регулярно проверявшим головы членов Первого Интернационала на политическую вшивость.) На дворе стоял 1850 год, и Британия вместе с остальным миром переживала повальное увлечение френологией.

Читать дальше

Жизнь в шоколаде

Мода на горячий шоколад до Британских островов добралась только к середине XVII века, когда вся просвещенная Европа уже давно предавалась сладострастью. Первое заведение, где можно было не только попробовать экзотический напиток из Вест-Индии, но и научиться его готовить, открыл в тихом переулке Куинз Хед Элли на Бишопсшейт Стрит оставшийся безымянным француз.

Читать дальше

Клементина Черчилль: сила и слабость великого политика

За каждым великим мужчиной стоит великая женщина

То, что Британия благополучно и с достоинством прошла через испытание Второй мировой войной и Блицем, — во многом заслуга тогдашнего премьер-министра страны и, согласно опросу 2002 года, величайшего британца в истории Уинстона Черчилля. Однако сам он признавал, что это было бы невозможно, не будь с ним рядом его жены Клементины. Более того, без нее Черчилль мог вообще так никогда и не стать премьером.

Читать дальше

Страница 1 из 23

Powered by WordPress & Theme by Anders Norén