Нетривиальный гид по британской столице

Рубрика: Мелочи жизни Страница 1 из 4

Ваше дело — труба, Базалджет!

Сэр Джозеф Базалджет

Близ железнодорожного моста на подступах к вокзалу Чаринг Кросс стоит исполненный скромного достоинства мемориал. В стилизованном в античном духе алтаре — бюст мужчины с большими усами, а над ним — три слова на латыни: Flumini vincula posvit — «он заковал реку в цепи». Усатый джентльмен — не кто иной, как сэр Джозеф Базалджет, а его бронзовый портрет скульптор Джордж Саймондс поместил в круглую раму… сточной трубы. Это напоминание о грандиозном инженерном проекте викторианской эпохи, который до сих пор верой и правдой служит каждому без исключения лондонцу, даже если тот никогда о нем не слышал.

Понравилось? Поделитесь с другими!

C новым 2021 годом!

Image by Gerd Altmann from Pixabay
Ring out, wild bells, to the wild sky,  
The flying cloud, the frosty light:  
The year is dying in the night;  
Ring out, wild bells, and let him die.   
Ring out the old, ring in the new,  
Ring, happy bells, across the snow:  
The year is going, let him go;  
Ring out the false, ring in the true.  
Ring out the grief that saps the mind  
For those that here we see no more;  
Ring out the feud of rich and poor,  
Ring in redress to all mankind.  
Ring out a slowly dying cause,  
And ancient forms of party strife;  
Ring in the nobler modes of life,  
With sweeter manners, purer laws.  
Ring out the want, the care, the sin,  
The faithless coldness of the times;  
Ring out, ring out my mournful rhymes  
But ring the fuller minstrel in.  
Ring out false pride in place and blood,  
The civic slander and the spite;  
Ring in the love of truth and right, 
Ring in the common love of good.  
Ring out old shapes of foul disease;  
Ring out the narrowing lust of gold;  
Ring out the thousand wars of old,  
Ring in the thousand years of peace.  
Ring in the valiant man and free, 
The larger heart, the kindlier hand;  
Ring out the darkness of the land,  
Ring in the Christ that is to be. 

Alfred, Lord Tennyson 
Понравилось? Поделитесь с другими!

Панч и Джуди: (не)детский кукольный театр

В 2006 году британское министерство культуры (сорри, Департамент по культуре, СМИ и спорту британского правительства) составило список из 12 символов «английскости», куда наряду с чашкой чая и двухэтажным автобусом вошел и кукольный театр Панча и Джуди.

Итальянские марионеточники появились в Англии вскоре после того, как вслед за скончавшимся Кромвелем канули в Лету годы пуританских запретов на увеселения, включая театральные представления и Рождество. 9 мая 1662 года Сэмюэл Пипс с большим удовольствием посмотрел такое представление в Ковент Гардене, о чем не преминул сделать запись в своем дневнике. Она стала первым письменным упоминанием о новом культурном явлении на улицах Лондона, а 9 мая — днем рождения мистера Панча.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Локдаун. Очередной

(С) Анастасия Сахарова

И снова локдаун. Во время первого — этой весной — я наткнулась на малоизвестное стихотворение Михаила Кузмина, написанное ровно 100 лет назад и по другому поводу, но удивительно созвучное настроению тех дней, да и, пожалуй, всего этого года. (Впрочем, это еще и просто хорошая поэзия.)

Декабрь морозит в небе розовом,
Нетопленный мрачнеет дом.
А мы, как Меншиков в Берёзове,
Читаем Библию и ждём.

И ждём чего? самим известно ли?
Какой спасительной руки?
Уж взбухнувшие пальцы треснули
И развалились башмаки.

Никто не говорит о Врангеле,
Тупые протекают дни.
На златокованном Архангеле
Лишь млеют сладостно огни.

Пошли нам крепкое терпение,
И кроткий дух, и лёгкий сон,
И милых книг святое чтение,
И неизменный небосклон!

Но если ангел скорбно склонится,
Заплакав: «Это навсегда!» —
Пусть упадет, как беззаконница,
Меня водившая звезда.

Нет, только в ссылке, только в ссылке мы,
О, бедная моя любовь.
Струями нежными, не пылкими,
Родная согревает кровь,

Окрашивает щеки розово,
Не холоден минутный дом,
И мы, как Меншиков в Берёзове,
Читаем Библию и ждём.

Все пройдет, пройдет и этот локдаун. Главное — будьте здоровы, где бы вы ни были.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Загадки и тайны «Списка Гарриса»

Уильям Хогарт. Карьера продажной женщины

По разным оценкам, во второй половине XVIII века в индустрии плотских удовольствий было занято от 6000 до 50000 жительниц Лондона. (Такой разброс объясняется не только отсутствием соответствующей статистики, но и размытостью самого понятия проституции; с одной стороны, были профессиональные жрицы любви, а с другой — немалое число вовсе не склонных к подобному времяпрепровождению женщин вынуждены были время от времени приторговывать телом ради элементарного выживания.) Охотники до эротический приключений попроще ловили (в буквальном смысле) удачу на улице, в парках и тавернах; для джентльменов же со средствами существовал особый справочник, известный как «Список Гарриса» (‘Harris’s List of Covent Garden Ladies’).

Понравилось? Поделитесь с другими!

Лорд Баден-Пауэлл, или Be Prerared!

Те, кому довелось в сознательном возрасте пожить в Советском Союзе, наверняка помнят, что 19 мая отмечался День пионерии. В этот день в 1922 году на Всероссийской конференции комсомола было объявлено о создании организации «Юные пионеры имени Спартака».

Проект не был отечественным изобретением: название — английское слово pioneer — взяли у Сетон-Томпсона, а все остальное, включая девиз «Будь готов!», галстуки, значки, летние лагеря и костры, — у скаутов. По иронии судьбы, затея англичанина Роберта Баден-Пауэлла, питавшего глубокую неприязнь к большевикам, была наполнена ими коммунистическим содержанием и поставлена на службу интересам диктатуры пролетариата.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Рифмоплёты кокни

24 августа 2009 года в лондонском Ист-Энде появились — правда, в количестве всего пяти штук и всего на три месяца — банкоматы, общавшиеся с клиентами не только на стандартном английском, но и на рифмованном сленге. Как обычно, чтобы снять наличные, требовалось ввести пин-код, однако вместо привычного cash фигурировали sausage and mash (сосиска с пюре), а вместо PIN — Гекльберри Финн (Huckleberry Finn).

Среди множества стереотипов, касающихся лондонцев, один из, пожалуй, самых распространенных заключается в том, что настоящий лондонец — это кокни вроде Элизы Дулиттл из «Моей прекрасной леди», непременно говорящий в рифму. Как все стереотипы, этот весьма далек от реальности, хотя доля истины в нем все-таки есть.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Чарльз Тайсон Йеркис: американец, въехавший в Историю на лондонском метро

В ХХ век Лондон вступил увенчанный лаврами крупнейшего мегаполиса мира с развитой системой общественного транспорта: конная тяга мирно уживалась с паром, а омнибусы — с метро. К трем уже работавшим веткам — Метрополитан, Дистрикт и Сити и Южный Лондон — планировалось добавить новые, вот только денег на воплощение задуманного не было. Помощь пришла, откуда не ждали — из-за океана.

Америка второй половины XIX века подарила миру целое поколение сверхуспешных бизнесменов. Имена некоторых из них вроде Эндрю Карнеги до сих пор на слуху, а то и стали нарицательными, как это случилось с первым долларовым миллиардером в истории Джоном Д. Рокфеллером. Чарльзу Тайсону Йеркису с посмертной славой не повезло, если не считать драйзеровской трилогии «Финансист», «Титан» и «Стоик», прототипом главного героя которой Фрэнка Каупервуда он послужил; зато жизнь он прожил поистине легендарную.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Рождественские гимны

Какой же праздник без музыки?! И Рождество не исключение. Рождественские гимны — такой же непременный атрибут главного праздника года, как елка и индейка. Церковь,  прибрав к рукам народные гуляния, посвященные зимнему солнцестоянию, облагородила их и наделила новым смыслом. Развеселые языческие песенки сменились исполнявшимися духовенством хоралами на непонятной простым смертным латыни. Народ такой заботы не оценил, Рождество отмечал вяло, главным образом ходя по домам и распевая всякую похабщину. (Воспоминаниями о ряженых, собирающих праздничную дань с соседей, проникнута песенка неизвестного автора XVI века We Wish You a Merry Christmas.)

Понравилось? Поделитесь с другими!

Голова как улика

Набор френологических мини-бюстов из коллекции Генри Уэллкома

Натворив революционных дел в родной Германии, Вильгельм Либкнехт отправился искать политического убежища в Лондоне. Здесь он немедленно вступил в ряды трудящихся соотечественников, занимавшихся ликбезом (German Workers’ Education Society), и подвергся проверке на благонадежность патриархами социал-демократического движения Марксом и Энгельсом. По словам Либкнехта, будущий автор «Капитала» не только учинил ему устный допрос, но также с явным знанием дела ощупал голову. (Впоследствии Маркс поручал это деликатное исследование специалистам, регулярно проверявшим головы членов Первого Интернационала на политическую вшивость.) На дворе стоял 1850 год, и Британия вместе с остальным миром переживала повальное увлечение френологией.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Страница 1 из 4

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén