Нетривиальный гид по британской столице

Рубрика: Мелочи жизни Страница 1 из 5

2022: итоги

1 декабря этого года исполнилось 10 лет с момента выхода в эфир первого выпуска подкаста — или, как он тогда назывался, аудиогида — «Мой Лондон: о чем не расскажут путеводители».

За это время подкаст стал блогом, было написано без малого три сотни историй и лучшие из примерно половины из них опубликованы в виде книги.

2022-й был непростым для многих из нас. Не знаю, заметно ли это по моим историям, но писалось мне в этом году довольно тяжело (весь март не писалось совсем). Спасали привычка и острая потребность делиться тем, что узнала, с другими.

Лучших историй набралось всего пять, зато каких!

Скандальный треугольник: Джон Рёскин, Эффи Грей и Джон Эверетт Милле

Под сенью святого Панкратия

Grand Tour, или Мера всех путешествий

Изамбард Кингдом Брюнель: полет метеора

Амазон XVIII века

Приятного вам чтения и мира, здоровья и удачи в новом году!

Время бить камни

Драконы обитают не только на страницах детских сказок и средневековых бестиариев, но и на улицах Лондона. Чертова дюжина этих мифических существ, расположившись по периметру лондонского Сити, охраняет его границы и богатства.

Левой передней лапой драконы держат белый щит с красным крестом — символ святого Георгия, небесного покровителя Лондона и Англии. Прототипом послужили два дракона, когда-то украшавшие вход в здание Угольной биржи на Лоуэр-Темз-стрит. После того как биржу снесли, скульптуры в 1963 году переустановили на западной границе Сити, близ садов Темпла на набережной Виктории.
Фото (С) Анастасия Сахарова

Обе роли сейчас носят исключительно символический характер: все границы давно отмечены на картах, а сохранность и преумножение капиталов нынче принято доверять дипломированным специалистам. Однако так было далеко не всегда. Вплоть до XIX века лондонцы определяли себя, прежде всего, через принадлежность к тому или иному церковному приходу. Приход был тем местом, где ты родился, пригодился, женился, платил налоги (в двух граничащих друг с другом приходах ставки совсем необязательно были одинаковыми, и жители «налоговых гаваней» бдительно следили за тем, чтобы их соседи не превращались в нелегальных иммигрантов) и, в конце концов, прописался в крипте или на погосте храма, куда всю дорогу ходил на воскресную службу.

Grand Tour, или Мера всех путешествий

Читатели «Удивительного Лондона» неоднократно встречались на его страницах с упоминаниями Grand Tour – большого путешествия — целой культурной институции, без которой невозможно составить себе полноценное представление о 18-м столетии. Я давно вынашивала планы разобраться в этой теме и, наконец, готова представить на ваш суд плоды своих изысканий.

XVIII век с его общим ростом благосостояния положил начало массовым путешествиям в Англии. Дороги становились лучше, а езда по ним — веселее. Вместе с увеличением числа маршрутов и курсирующих по ним дилижансов росла и сеть постоялых дворов. Вместе с тем Шотландия, Ирландия и Уэльс не пользовались популярностью у массового туриста. Тот в своих предпочтениях ориентировался на элиты и, прежде всего, на государей, ни один из которых за период с 1700 по 1800 год не удосужился почтить своим вниманием даже север Англии.

Но плох тот путешественник, который не стремится повидать мир за пределами своего отечества. Для британского туриста 18-го столетия эталоном заграничной поездки был классический гранд-тур, включавший в себя посещение Парижа и главных городов Италии — Рима, Венеции, Флоренции и Неаполя.

На улицах Лондона… Часть 3

Общественный туалет викторианской эпохи в Лондонском Сити (Star Yard)
(C) Анастасия Сахарова

Circulating Libraries, или Библиотеки для народа

Несмотря на значительный рост числа грамотных в Англии в восемнадцатом веке, книги по-прежнему были не по карману среднестатистическому читателю. Так, в 1815 году покупка романа обходилась в 1 гинею или 1/250 годового бюджета семьи среднего класса из четырех человек. При таких ценах библиотека была роскошью, доступной лишь университетам и научным обществам, джентльменским клубам и обладателям солидных капиталов.

Первыми экономический потенциал в сложившейся ситуации разглядели книготорговцы, смекнувшие, что зарабатывать можно не только на продаже, но и на сдаче книг в аренду. Впрочем, это новшество распространялось, как правило, лишь на проверенных покупателей.

Первая библиотека с платной выдачей книг на дом открылась в Эдинбурге в 1725 году. До Лондона новация добралась только семнадцать лет спустя, когда священник-нонконформист Сэмюэл Фанкурт открыл первое такого рода заведение в столице близ Флит-стрит. Он же, как считается, дал название новому социокультурному феномену; во всяком случае, согласно Оксфордскому словарю, в печати словосочетание circulating library впервые появилось в одном из рекламных объявлений преподобного Фанкурта в июне 1742 года.

Поддержите Удивительный Лондон!

В декабре 2022 года «Удивительному Лондону» исполнится 10 лет. Начавшись как аудиогид, он со временем стал блогом. Неизменной осталась суть проекта — на его страницах я бескорыстно делюсь плодами своих трудов по изучению истории города, где мне посчастливилось жить.

Для меня большая честь знать, что вы читаете мои истории. На их создание у меня ежегодно уходят, вероятно, тысячи (признаться, никогда не занималась подобными подсчетами) часов, проведенных за чтением, размышлениями, поиском точных слов, редактированием, прогулками по городу — и изрядная сумма денег.

Если благодаря моему блогу ваша жизнь стала лучше, если вы находите на его страницах радость, вдохновение или, возможно, утешение, пожалуйста, поддержите «Удивительный Лондон».

От всей души спасибо вам за вашу поддержку!

Анастасия

С Рождеством!

В яслях спал на свежем сене

Тихий крошечный Христос.

Месяц, вынырнув из тени,

Гладил лен Его волос…

Бык дохнул в лицо Младенца

И, соломою шурша,

На упругое коленце

Засмотрелся, чуть дыша.

Воробьи сквозь жерди крыши

К яслям хлынули гурьбой,

А бычок, прижавшись к нише,

Одеяльце мял губой.

Пес, прокравшись к теплой ножке,

Полизал ее тайком.

Всех уютней было кошке

В яслях греть Дитя бочком…

Присмиревший белый козлик

На чело Его дышал,

Только глупый серый ослик

Всех беспомощно толкал:

«Посмотреть бы на Ребенка

Хоть минуточку и мне!»

И заплакал звонко-звонко

В предрассветной тишине…

А Христос, раскрывши глазки,

Вдруг раздвинул круг зверей

И с улыбкой, полной ласки,

Прошептал: «Смотри скорей!..»

Саша Черный

Из грязи — в князи

Проблема утилизации отходов, особенно в местах массового скопления homo sapiens, при всей ее злободневности — отнюдь не порождение эпохи сверхпотребления, и, возможно, нам есть чему поучиться у тех, кто жил и мусорил на земле за двести лет до нас.

Mudlarks

Викторианская эпоха с ее предпринимательским азартом отличалась умением извлекать прибыль даже из собачьих экскрементов. Они использовались в кожевенном производстве в процессе очистки шкур от остатков шерсти и жира и служили источником существования для целой профессии собирателей этого добра, носивших название pure-finders. Cigar-end finders специализировались на сигарных окурках, а их речные коллеги mudlarks, например, зарабатывали себе на жизнь дарами Темзы, прочесывая обнажившиеся во время отлива берега в поисках свободно конвертируемого в фунты, шиллинги и пенсы мусора.

Каменный Лондон Элеоноры Коуд

Южную оконечность Вестминстерского моста украшает статуя льва. У него есть брат-близнец, который ныне охраняет стадион Твикенхем. Эту скульптурную пару изваяли в 1837 году для располагавшейся неподалеку пивоварни Lion Brewery. И пивоварня, и местная фабрика, изготовившая каменных львов, давно канули в Лету. Статуи же не отправились на свалку Истории благодаря заступничеству короля Георга VI, самого влиятельного из их многочисленных поклонников. Вестминстерский лев, покрашенный в красный — цвет Британских железных дорог, — до 1966 года украшал собой вокзал Ватерлоо. В перестроенный вокзальный комплекс царь зверей не вписался; так он обрел свое теперешнее место жительства и былой вид. Вот только вид этот обманчив: камень, из которого изваян лев Южного берега, ненастоящий.

Ваше дело — труба, Базалджет!

Сэр Джозеф Базалджет

Близ железнодорожного моста на подступах к вокзалу Чаринг Кросс стоит исполненный скромного достоинства мемориал. В стилизованном в античном духе алтаре — бюст мужчины с большими усами, а над ним — три слова на латыни: Flumini vincula posvit — «он заковал реку в цепи». Усатый джентльмен — не кто иной, как сэр Джозеф Базалджет, а его бронзовый портрет скульптор Джордж Саймондс поместил в круглую раму… сточной трубы. Это напоминание о грандиозном инженерном проекте викторианской эпохи, который до сих пор верой и правдой служит каждому без исключения лондонцу, даже если тот никогда о нем не слышал.

Страница 1 из 5

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén