Нетривиальный гид по британской столице

Рубрика: Места надо знать Страница 1 из 5

Burlington Arcade

Лорд Джордж Кавендиш, владелец Берлингтон-хаус, на собственном опыте познал универсальность поговорки «богатые тоже плачут». Только представьте себе весь драматизм ситуации, в которой он оказался: ну да, живешь ты в роскошном особняке, если не сказать дворце, в приличном районе, а твой сад превратился в помойку, куда невоспитанные прохожие, внаглую игнорируя наличие ограждающей частную собственность стены, кидают устричные раковины (в начале XIX века устрицы были популярным и доступным фастфудом) и прочую дрянь. Русский олигарх в таком случае построил бы шестиметровый забор. Английский же аристократ превратил проулок между Пикадилли и своей резиденцией в один из первых торговых центров.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Кладбище Бромптон: собор под открытым небом

Синефилам виды Бромптонского кладбища покажутся знакомыми — и неспроста: этот викторианский некрополь в свое время становился декорацией для таких фильмов, как «Шерлок Холмс» Гая Ричи, «Волшебная страна» Марка Форстера, «Джонни Инглиш», «Миссия невыполнима: Племя изгоев» и «Джеймс Бонд: Золотой глаз» (С) Анастасия Сахарова

За первые четыре десятилетия XIX века население Лондона выросло вдвое, достигнув двух миллионов и стяжав городу славу самого крупного в мире. И поскольку жизнь и смерть испокон веку ходят рука об руку, столичные покойники ставили свои демографические рекорды. Старые церковные погосты вместить всех желающих обрести вечный покой уже не могли, и тогда с благословения властей печальное, но нужное похоронное дело было отдано в частные руки. Так появилась «великолепная семерка» — созданные на манер парижского Пер-Лашез некрополи класса люкс.

История Бромптонского кладбища начинается в 1837 году, когда лорд Кенсингтон продает West of London and Westminster Cemetery Company без малого 40 акров земель между Оулд Бромптон Роуд и Фулхэм Роуд. В должном порядке проводится конкурс на лучший проект будущей усыпальницы под открытым небом, победу в котором архитектор сэр Джеффри Уайетвиль присуждает своему давнему помощнику Бенджамину Боду. Среди проигравших Стивен Гири — архитектор открывшегося в 1839 году кладбища Хайгейт, предприниматель и отец-основатель некрополя в Бромптоне; в итоге он вынужден уйти из совета директоров компании.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Многострадальный Хэммерсмитский мост

На заре 19 столетия Хэммерсмит из тихой живописной деревушки начал стремительно превращаться в деятельный пригород с водоочистительными станциями, пивоварнями и своим маленьким, но оживленным портом, которые, впрочем, умудрились настолько удачно вписаться в местные пасторальные пейзажи, что такие ценители прекрасного как Уильям Моррис и Эмери Уокер не считали зазорным поселиться здесь.

Чего не хватало местным жителям для полного счастья так это моста: чтобы перебраться на южный берег Темзы, им приходилось делать порядочный крюк и пользоваться соответствующими удобствами либо в Кью, либо в Патни. Разговоры на эту тему велись еще в начале XVIII века, о чем упоминает Даниэль Дефо в своем Tour through the Whole Island of Great Britain 1724-27. Однако от слов к делу перешли лишь в 1817 году. Преодолев изначальную несговорчивость собственника участка, на котором планировалось построить подъездные пути, местные активисты подали в Парламент положенный по такому случаю законопроект — и к вящему неудовольствию конкурентов выше и ниже по течению получили добро на сооружение первого подвесного моста через Темзу.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Дом, который построил Уильям Бёрджес

Тауэр Хаус (C) Анастасия Сахарова

Он родился 2 декабря 1827 года в Лондоне в семье состоятельного инженера Альфреда Бёрджеса. Отцовские капиталы впоследствии позволили ему в полной мере насладиться мало кому доступной роскошью заниматься любимым делом без оглядки на сопряженные с ним затраты.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Герцог на горошине

Свое восхождение по социальной лестнице клан Расселов проделал с удивительной ловкостью: выходцы из среды мелкой буржуазии, в конце XIV века они уже были мелкопоместными дворянами, а два столетия спустя их потомок сэр Джон Рассел службой на дипломатическом поприще снискал семейству сначала баронский, а затем и графский титулы. При пятом графе Бедфордском Расселы вознеслись еще выше — до герцогов.

Близость к правящим монархам и удачные браки приумножали финансовое благополучие семьи. Впрочем, видимо, чтобы Расселы, считавшие себя «слегка важнее Бога» («slightly grander than God»), совсем не потеряли голову, судьба с завидной регулярностью пополняла их ряды безответственными мотами, пускавшими на ветер нажитое отцами, так что их потомкам приходилось начинать порой едва ли не с нуля.

К 1917 году, когда на свет появился будущий тринадцатый герцог Бедфордский, с благосостоянием у Расселов все было в полном порядке: им принадлежали не только обширные владения в провинции, но и порядочные куски лондонских районов Блумзбери и Ковент Гарден (память об этом сохраняют многочисленные названия улиц и площадей в этой части города). А вот благополучным назвать их семейство просто язык не поворачивался.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Ланселот Браун: создатель английского пейзажа

Замок Хайклир

Образцовый английский пейзаж — возможно, один из немногих культурных феноменов, по поводу которого у островитян не возникает никаких разногласий с иноземцами. Это, например, прекрасно знакомый всем поклонникам сериала «Аббатство Даунтон» парк замка Хайклир — воплощение безукоризненной естественности ландшафта, какая и самой матушке-природе не под силу, зато по плечу человеческому гению. Этого гения садово-паркового искусства, преобразившего просторы Англии в XVIII веке и до сих пор продолжающего влиять на наши представления о прекрасном, звали Ланселот Браун (1716-1783).

Понравилось? Поделитесь с другими!

Музей Хорнимана

Музей Хорнимана на юго-востоке Лондона, в холмистом Форест Хилле, откуда открываются изумительные виды на город, обладает исключительной прелестью. Где еще в британской столице вы найдете под одной крышей аквариум, питомник бабочек, библиотеку, лекторий, этнографическую экспозицию, посвященный живой природе зал в духе провинциального краеведческого музея с элементами кунсткамеры и совершенно умопомрачительную коллекцию музыкальных инструментов? И ради этого сюда стоит приехать хотя бы раз.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Далвичская картинная галерея

Далвичская картинная галерея

Даже будучи поглощенным жадной до квадратных километров метрополией, Далвич продолжает оставаться деревней в лучшем смысле этого слова: жизнь течет здесь размеренно, как и подобает оплоту благополучия и респектабельности. Тем более удивительно обнаружить в этих краях музей с собранием живописи мирового уровня, полюбоваться которым на склоне лет приходили мистер Пиквик, по воле автора поселившийся в Далвиче, и Ван Гог, в 1873 году пешком (!) проделавший путь из центра Лондона и обратно. Далвичская картинная галерея по большому счету — случайный результат событий, имевших место за тысячи миль отсюда.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Загадка кладбища Бромптон

Главная аллея кладбища Бромптон (C) Анастасия Сахарова

Где еще и рождаться городским легендам, как не на кладбище? Лондонский некрополь Бромптон не исключение. Среди более чем 35 тысяч надгробных памятников, некоторые из имен на которых гулявшая здесь когда-то Беатрис Поттер позаимствовала для персонажей своих книг, особняком стоит внушительных размеров гранитный мавзолей в египетском стиле с обрамляющей входную дверь бамбуковой рамой и многочисленными скарабеями — символами возрождения в загробной жизни. По официальной версии, здесь покоится тело Ханны Кортой и двух ее дочерей. Согласно же городской легенде, это никакая не усыпальница, а самая что ни на есть машина времени.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Рейнджерс-хаус и необыкновенная коллекция Юлиуса Вернера

Эндрю Снейп был, как говорится, и швец, и жнец, и на дуде игрец. Этот довольно знаменитый в свое время человек сочетал в себе ипостаси кузнеца при дворе Карла II, признанного знатока лошадиной анатомии, и, как это ни странно, девелопера. В 1670 году он тихой сапой прибрал к рукам кусок земли к западу от Гринвичского парка и построил на нем три дома.

Рейнджерс-хаус (С) Анастасия Сахарова

Один из них стоял на месте сегодняшнего Рейнджерс-хауса, которому он уступил место в 1722-23 гг. по воле тогдашнего владельца, вице-адмирала Фрэнсиса Хозье. В течение последующих двух столетий особняк сменил немало владельцев, включая лорда Честерфилда, едва ли не каждый из которых посчитал нужным внести свою лепту в его облик. В 1807 году под его крышей поселилась сестра короля Георга III Августа, вдовствующая герцогиня Брауншвейгская, чтобы быть рядом со своей дочерью Каролиной.

Годом раньше мятежная принцесса Уэльская была назначена смотрителем королевского парка в Гринвиче (английское название должности — Ranger of Greenwich Park). Это была, разумеется, чистой воды почетная синекура, к которой прилагалась жилплощадь — в данном случае, Куинс-хаус. Находясь, однако, в весьма плачевном состоянии, для проживания он не годился, и Каролина поселилась в Монтегю-хаусе. Когда последний был снесен, официальной резиденцией смотрителя Гринвичского парка стал краснокирпичный особняк покойного вице-адмирала Хозье.

Мементо мори из коллекции Юлиуса Вернера (C) The Trustees of the Wernher Collection

В 1897 году королева Виктория передала Рейнджерс-хаус  Лесной комиссии в обмен на реставрацию Кенсингтонского дворца, а пять лет спустя его купил Совет Лондонского графства. Послужив самым разным местным нуждам — от офиса и чайной до выставочного зала, — в 1986-м особняк оказался в руках «Английского наследия» (English Heritage), в чьем ведении находятся значимые исторические памятники страны. А полтора десятилетия спустя на продажу была выставлена одна из лучших частных коллекций в Британии. 650 предметов искусства по всей вероятности разлетелись бы по всему свету, если бы «Английское наследие» не придумало взять их в долгосрочную аренду на 125 лет и выставить в пустовавшем Рейнджерс-хаусе. Покойный Юлиус Вернер, вероятно, сильно удивился бы, увидев свое собрание «великолепно безобразных» (‘splendidly ugly’), как он их называл, артефактов в стенах дома, где он даже ни разу не бывал.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Страница 1 из 5

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén