Нетривиальный гид по британской столице

Рубрика: Места надо знать Страница 1 из 7

Охраняемые виды

Не питая ни малейшей симпатии к высотным зданиям, соразмерным только аппетитам застройщиков, но никак не человеку, я радуюсь тому, что живу в Лондоне, а не Шанхае — здесь девелоперов особо высокого полета все-таки держат в узде. Во всяком случае пока. И все это благодаря, вы будете удивлены, собору святого Павла.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Приют безумного короля

Из целой вереницы королевских дворцов, возведенных на берегах Темзы — на протяжении веков главного большака Лондона и окрестностей, — один выбивается своими совсем не царскими размерами и экстерьером.

Дворец Кью

В 1728 году венценосная семья, исчерпав возможности королевской резиденции в Ричмонде, обратила свои взоры на Голландский дом в соседнем Кью. Голландским этот загородный особняк 1631 года постройки прозвали за его внешний вид в духе родной заказчику, купцу Сэмюэлу Фортрею, фламандской архитектуры.

Сначала Георг II поселил здесь трех старших дочерей. Три года спустя его сын принц Фредерик облюбовал соседний Кэпелл-хаус, стараниями архитектора Уильяма Кента перестроенный, оштукатуренный и в связи с этим переименованный в Белый дом (Уайт-хаус). (Забегая вперед, скажем, что в 1802 году он был разрушен, а на его месте по велению Георга III началось возведение нового дворца в готическом стиле. Дальше стен дело, однако, не продвинулось, а сменивший на троне отца Георг IV и вовсе снес не вызывавшее у него никаких симпатий сооружение.)

Уайт-хаус в 1769 году

После безвременной кончины принца его вдова, принцесса Августа, не стала переезжать из Кью, где ее стараниями создавался впоследствии знаменитый на весь мир ботанический сад и росли сыновья Георг и Фредерик. Этот очередной Георг — при восшествии на престол он получит третий порядковый номер — и обеспечит дворцу Кью (он же Голландский дом) место в Истории.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Wickham’s: история триумфа маленького человека

Здание универмага Wickham’s должно было стать очередным образчиком вышедшего в тираж классицизма вроде провинциальных кинотеатров и домов культуры в послевоенном СССР. Однако гладко было на бумаге, а когда дошло до реализации задуманного, пришлось вносить коррективы. Вынужденный компромисс на первый взгляд может показаться шуткой, розыгрышем, насмешкой над здравым смыслом и даже издевательством над хорошим вкусом. Не без того. Но, как за любым фасадом, здесь скрывается гораздо большее — история триумфа маленького человека.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Сtankовая живопись в Бермондси

(С) Удивительный Лондон

Удивительные метаморфозы случаются порой! Этот танк, ставший в итоге холстом для стрит-арта, в 1968 году якобы участвовал в подавлении Пражской весны.

В Лондоне он оказался в 1995-м в качестве реквизита для экранизации «Ричарда Третьего», а по окончании съемок был продан лондонскому девелоперу Расселу Грею. Последний в тот момент был сильно расстроен антагонизмами с муниципалитетом боро Саутуорк, отказавшем Грею в разрешении на планировочные работы на принадлежавшем ему участке земли в Бермондси.

Безутешный, но не теряющий надежды девелопер снова обратился за разрешением — в этот раз на установку на вышеупомянутом участке своего нового приобретения. Власти решили, что речь идет о водяном баке (water tank) — и дали добро.

Былой обиды хозяин танка им, впрочем, не простил и развернул его пушкой в сторону здания, где сидели нарушившие его первоначальные планы бюрократы.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Библиотека всея Британии

(C) Удивительный Лондон

В 1602 году сэр Роберт Коттон, библиофил, влиятельный придворный и член парламента, обратился к королеве Елизавете с предложением основать национальную библиотеку, в пользу которой он был готов отписать содержимое своих книжных шкафов. Однако Елизавете, видимо, не понравилась вторая часть плана, предусматривавшая национализацию главных жемчужин королевского собрания книг и рукописей, в массе своей состоявшего из прибранного ее отцом Генрихом VIII к рукам достояния разогнанных монастырей.

После казни Карла I в 1649-м с инициативой сделать королевскую библиотеку публичной выступил парламент. До практической реализации этой идеи дело так и не дошло, как, по счастью, и до распродажи собрания — судьба, постигшая значительную часть коллекции произведений искусства и антиквариата свергнутых монархов.

Историческое событие свершилось-таки в 1753 году, когда скончавшийся сэр Ханс Слоун завещал государству свою мегаколлекцию — около 100 тысяч предметов, из них половина книги и манускрипты. Идея создания национального музея и библиотеки при нем у правившего тогда Георга II вызывала столько же энтузиазма, как и у его венценосной предшественницы полутора столетиями раньше, однако в этот раз в дело вмешался парламент. Помимо соуновского собрания, было решено выкупить также коллекции вышеупомянутого сэра Роберта Коттона и 1-го графа Оксфорда Роберта Харли. Для этого, а также на покупку здания для хранения музейных коллекций — выбор в итоге был сделан в пользу Монтегю-хаус в Блумзбери — требовалось, по предварительным расчетам, £50.000. Ожидать подобной щедрости от Казначейства не приходилось, поэтому сбор средств организовали посредством лотереи; и хотя она была проведена с многочисленными злоупотреблениями, в распоряжении попечителей нового музея, получившего название Британского, оказалась сумма в полтора раза больше той, на которую они рассчитывали.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Ламбетский мост

До 1750 года на весь и тогда уже немаленький Лондон был всего один мост. Пешеходам было проще — к их услугам были многочисленные речные «такси». А вот тем, кому с одной стороны Темзы на другую надо было перебраться вместе со своим транспортным средством, требовалась паромная переправа. Одна из них соединяла Вестминстер на северном берегу с Ламбетом на южном.

Паром в Ламбете (c) Museum of London

Само предприятие было весьма рискованным. Паром представлял собой плот — достаточно большой, чтобы на него могла поместиться запряженная лошадьми телега или карета, и довольно увесистый даже порожняком. Работу паромщика осложняли быстрое течение и тот факт, что рассчитывать он мог только на крепость собственных рук и деревянного шеста, отталкиваясь которым от речного дна, он и приводил паром в движение. При таких исходных данных перебраться с берега на берег было возможно лишь во время кратковременного затишья, когда отлив уже закончился, а прилив еще не начался. Но даже тогда безопасная переправа не гарантировалась: искупаться в Темзе пришлось самому королю Якову I и Оливеру Кромвелю, а переезд нового архиепископа Кентерберийского в лондонскую резиденцию в Ламбете закончился тем, что большая часть его имущества утонула вместе с паромом.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Архитектурные жемчужины Вулиджа: от войны к миру

Вулидж в 1740-е гг.

Пасторальной безмятежности Вулидж Коммон пришел конец в 18 столетии, когда эти 80 акров земли к юго-востоку от Лондона — такое раздолье для маневров и стрельбы —приглянулись Палате вооружений (Board of Ordnance). В 1812 году военные выкупили эту землю у британской короны. Местные жители, которые испокон веку добывали здесь торф и древесину, а также пасли скот, получили компенсацию, но еще много лет выражали свое недовольство проведенной монетизацией былых благ.

Пришельцы времени даром не теряли и к моменту оформления сделки купли-продажи уже построили на юго-восточной окраине участка здание Королевской военной академии, переведенной сюда из Вулиджа (той его части, что на карте выше обозначена словами The Warren), а на северной — казармы королевской артиллерии (арх. Джеймс Уайетт).

Понравилось? Поделитесь с другими!

St George-in-the-East

Все-таки нельзя не восхищаться отношением британцев к своему архитектурному наследию, в котором здоровый практицизм счастливо уживается с умением уважительно, тактично, с выдумкой и вкусом придавать старым формам новое содержание. (Конечно, и тут не обходится без печальных утрат и неудачных решений, но общее правило таково.) Чаще всего здания, служившие изначально складами, школами, храмами, фабриками, становятся многоквартирными жилыми комплексами.

Случай церкви святого Георгия (St George-in-the-East) в лондонском боро Тауэр Хэмлитс интересен тем, что здесь старое и новое гармонично сосуществуют под одной крышей.

Построенная в 1714-1729 гг. по проекту Николаса Хоксмура (это одна из шести его лондонских церквей и трех в Ист-Энде), в мае 1941-го она стала жертвой прямого попадания зажигательной бомбы. Начавшийся пожар оставил от храма лишь внешние стены, главную башню и четыре башенки поменьше. Святой Георгий-на-Востоке (St George-in-the-East) превратился в святого Георгия-в-руинах (St George-in-the-Ruins).

Вид на церковь святого Георгия с восточной стороны (С) Анастасия Сахарова

В 1964-м здание реконструировали по проекту Артура Бэйли. И до чего же удачно! В алтарной части сохранили церковь, под угловыми башнями обустроили по квартире, а на месте сгоревшего нефа — внутренний дворик под открытым небом.

На Google Maps на церковь святого Георгия можно посмотреть с высоты птичьего полета. Зеленый прямоугольник — крыша храма после реконструкции, красным я обвела атриум, а по углам расположены квартиры.

Скрытый за необещающим никаких сюрпризов фасадом, этот атриум производит совершенно ошеломительное впечатление. Оно усиливается головокружительным видом бездонного неба над головой и уходящих в него башен. (Тот случай, когда я горько пожалела, что так и не обзавелась широкоугольным фотообъективом.)

Атриум церкви святого Георгия-на-Востоке (С) Анастасия Сахарова

Должна признать, ничего подобного я еще не видела и вполне допускаю, что святой Георгий-на-Востоке — архитектурный уникум. Жемчужина — точно.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Сигаретная фабрика Carreras

Бывшее здание сигаретной фабрики Carreras при первом знакомстве производит без преувеличения ошеломительное впечатление, особенно если набрести на него случайно и выйти с тыла — могучего, но в остальном ничем не намекающего на ожидающий вас за углом архитектурный праздник.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Пагода-хаус

Пагода-хаус в Блэкхите, Лондон (С) Анастасия Сахарова

О лондонце многое можно узнать по его почтовому индексу. За некоторые — вроде SE3 — приходится платить больше, но есть вещи дороже денег. Респектабельность, например. В этом отношении Блэкхит не нуждается в рекламе. А вот на туристической карте Лондона вы его не найдете, хотя в плане истории и архитектуры он ничем не уступает, скажем, своему ближайшему соседу Гринвичу. Надо только знать, куда идти и смотреть.

Про Пагода-хаус так и хочется сказать банальное «удивительное рядом», да так оно и есть. Он из разряда тех зданий, о которых известно специалистам; местные же жители ходят мимо них практически не замечая, а редкие здесь туристы без посторонней помощи могут на них набрести разве что случайно — и от неожиданности лишиться дара речи.

Удивителен не сам факт существования в Лондоне жилого дома в китайском стиле — отражение моды середины XVIII века, — а то, каким образом Уильям Чеймберс (автор, кстати, пагоды в ботанических садах Кью на противоположном конце города) переложил архитектурный стиль Поднебесной на язык родных осин. Вот эта основательность кирпичной кладки, совершенно естественная и даже обязательная в по преимуществу кирпичном городе; эти пропорции, присущие типичному английскому дому, а никак не пагоде; и восхитительная британская эксцентричность причудливой формы окон — на улицу смотрит круглое, а есть еще овальное, выходящее в сад.

Пагода-хаус был построен в 1760-е годы как садовый домик при Монтегю-хаус, стоявшем некогда на юго-западной окраине Гринвичского парка и простиравшем свои владения далеко за его пределы. Его владельцем был в то время граф Кардиган. В начале XIX века в Монтегю-хаус поселилась принцесса Каролина, сосланная сюда собственным мужем, будущим Георгом IV, женившемся на ней из-под палки и откровенно ненавидевшим навязанную ему спутницу жизни. По иронии судьбы, загадочный китайский символ на крыше Пагода-хаус, как говорят, означает House of Family Love (я бы это перевела как «семейное гнездышко»).

Понравилось? Поделитесь с другими!

Страница 1 из 7

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén