Удивительный Лондон

Нетривиальный гид по британской столице

Category: Жизнь Замечательных Леди (Page 1 of 3)

Хождения по мукам миссис Джордан

22 ноября 1761 года провинциальная ирландская актриса Грейс Филлипс родила дочь. Девочку нарекли Доротеей. Отец ребенка Фрэнсис Бланд дал ему свою фамилию, но три года спустя сбежал в Лондон, где женился на состоятельной наследнице.

По такому случаю трудовая жизнь его дочери началась вынужденно рано. Поработав какое-то время на одну из дублинских модисток, Дора обратила свои взоры на театральную сцену. Похоже, страсть к актерству она впитала с молоком матери. В 1779 году 18-летняя Дора сыграла свою первую роль в Crow Street Theatre.

Доротея Джордан. Портрет работы Джона Хоппнера

Вскоре она обратила на себя внимание менеджера конкурирующего Smock Alley Theatre Ричарда Дейли, который благополучно переманил юную актрису под свое крыло. Не то чтобы карьера Доры пошла после этого в гору — второсортные постановки и постоянные попытки женатого импресарио ангажировать ее для любовных сцен с собственным участием не очень-то этому способствовали. Когда все усилия задобрить непреклонную девицу пошли прахом, Дейли решил действовать нахрапом. Однако угрозы упрятать ее в тюрьму за невозвращенные долги не привели к желанному результату. Тогда он взял то, что считал своим, грубой физической силой.

Читать дальше

Хэрриет Уилсон: блеск и нищета куртизанки

В отличие от ночных бабочек, куртизанки были вожделенной мечтой состоятельных мужчин не только и не столько как источник плотских утех, а как идеальные компаньонки. Самые успешные из них были умны и часто весьма неплохо образованы, отличались отменным чувством юмора, изящными манерами и хорошим вкусом. Законные супруги, к сожалению, далеко не всегда обладали вышеперечисленными достоинствами. Но главное — роман с куртизанкой — в отличие от женитьбы — не накладывал на мужчину никаких обязательств, хотя порой и оборачивался неприятными сюрпризами. Что ж, за удовольствия надо платить. И иногда — с процентами.

Читать дальше

Роза Льюис: из золушек в герцогини Джермин-стрит

В мае 1935 года Феликс и Ирина Юсуповы приехали в Лондон на выставку русских ювелирных изделий. Гостиницы были забиты битком, и целый день поисков грозил закончиться весьма неутешительно, когда вдруг на Джермин-стрит они заметили свет в окнах похожего на семейный пансион дома. В своих мемуарах князь Юсупов пишет:

Нас приняла седовласая дама в строгом черном платье с золотым медальоном. Гостиная была увешана фотографиями знаменитых людей, в их числе — король Эдуард VII. Безо всякой надежды спросив, нет ли комнаты, с удивлением услышали мы, что есть. Привели нас в покои с ванной, преудобные, почитай, роскошные. Но падали мы с ног от усталости, мечтали лишь о ванной и постели и вопросом, откуда такое счастье, не задавались.

На другой день пришла к нам обедать теща с сыновьями Дмитрием и Никитой. Вечером заглянул приятель, Тони Гандарильяс, атташе чилийского посольства, и рассказал, что наша строгая хозяйка — Роза Льюис, известная на весь Лондон стряпуха, что раньше Эдуард VII ценил ее стряпню не меньше, чем ее прелести. Но однажды кастрюли она оставила и открыла пансион. И теперь сюда сходятся лондонские кутилы, как прежде в Вене хаживала золотая столичная австрийская молодежь к фрау Захер. Роза пьет запоем, но только шампанское, и ничего другого пить в своем заведении не дает».

Здесь все правда, хотя и далеко не полная.

Читать дальше

Беатрис Поттер, ее семья и другие звери

15-летняя Беатрис Поттер со своей собакой

В марте 1883 года 16-летняя Беатрис Поттер под впечатлением от выставки старых мастеров в Королевской академии художеств, где она только побывала с отцом, написала в своем дневнике: «Рано или поздно я добьюсь чего-нибудь».

Правда, вдохновленная Сэмюэлом Пипсом, свои записи она делала с помощью ею же придуманного кода, так что данное себе самой обещание для постороннего глаза оставалось абракадаброй вплоть до 1953 года, когда дневник был расшифрован. Беатрис сдержала слово и добилась многого, хотя успех пришел к ней далеко не сразу и окольными путями.

Читать дальше

Флоренс Найтингейл: несущая свет

Миссис Найтингейл с дочерьми

Дэвид и Виктория Бекхам, назвавшие детей по имени мест, где те были зачаты, в своих претензиях на оригинальность — сознательно или нет — наследовали жившим в XIX веке соотечественникам Уильяму и Фрэнсис Найтингейлам. Те, поженившись в 1818 году, отправились в затяжное свадебное путешествие по Европе, плоды которого не заставили себя долго ждать — в следующем же году в Неаполе у них родилась дочь, названная, как и основанный греками город, где она появилась на свет, Партенопой, а год спустя в семействе случилось очередное пополнение — младшую дочь окрестили Флоренс в честь столицы Тосканы, где Найтингейлы находились в тот момент.

Читать дальше

Оскорбленная королева

Портрет принцессы Каролины Брауншвейгской (1795)

Двоюродная сестра Каролина, прибывшая в начале апреля 1795 года из родного Брауншвейга в Лондон, мягко говоря, не показалась наследнику британского престола красавицей. Невелика ростом, склонна к полноте, а запах! Похоже, слухи о том, что она редко моется и еще реже меняет белье, небеспочвенны. Подчиняясь строгим требованиям этикета, принц в знак приветствия обнял гостью — и поспешил ретироваться в дальний угол залы, где бросился к графу Малмсбери со словами:

Харрис, мне дурно, ради бога, принеси мне стакан бренди».

На Каролину ее английский кузен тоже не произвел грандиозного впечатления: он оказался «очень тучным и отнюдь не таким привлекательным, как его портрет». Взаимно разочарованные, они через три дня поженились.

Читать дальше

Отчаянная домохозяйка миссис Битон

Титульный лист первого издания

До относительно недавних пор, когда британцы стали жить так хорошо, что проблема наполнения желудка для большинства стала проблемой выбора из бесчисленных рецептов несметной армии жрецов чревоугодия разной степени посвященности, настольной книгой местных домохозяек был монументальный труд миссис Битон. 2000 рецептов вперемежку с рекомендациями на все случаи жизни — от лечения простуды до найма слуг — занимают более 1000 страниц и невольно создают впечатление об авторе как немолодой и многоопытной матроне. На самом деле ей было 20 с небольшим, а ее опыт домохозяйки насчитывал всего около трех лет. И это было далеко не единственное отличие между признанным авторитетом в области ведения домашнего хозяйства и реальной Изабеллой Битон.

Читать дальше

Мэри Кингсли: покорительница Африки

Мэри Кингсли

Сколько Мэри себя помнила, ее замкнутая в четырех стенах родительского дома жизнь была одним сплошным исполнением дочернего долга. Отец — врач с неутолимой жаждой приключений и охотой к перемене мест — мотался по миру, сопровождая богатых путешественников в заграничных поездках, и домой возвращался только чтобы выгрузить очередную партию трофеев — книг и экзотических безделушек. Оставленная им в Лондоне с двумя детьми жена заболела и вскоре оказалась прикованной к постели, так что уход за немощной матерью и все заботы по хозяйству легли на плечи младшей дочери. Пока ее брат в лучших традициях того времени получал полноценное образование, предоставленная самой себе Мэри штудировала отцовскую библиотеку. Таким образом она выучила немецкий и латынь, составила себе понятие о физике, химии, биологии и математике и даже научилась чинить водопровод, подписавшись на специализированный журнал.

Читать дальше

Ада Лавлейс Vs. лорд Байрон: как математика одержала верх над поэзией

В 1975 году Министерство обороны США приняло решение разработать единый язык программирования для управления военными объектами от ракет до кораблей. Новый язык получил женское имя Ада. Он и по сей день используется во всем мире, теперь уже и в мирных целях. Благодаря своей надежности, «Ада» применяется там, где цена ошибки особенно высока — от банковской сферы до управления воздушным и железнодорожным движением, космическими ракетами и спутниками. А женщина, давшая ему свое имя, известна как первый в мире программист.

Читать дальше

Эмма Гамильтон: жизнь, принесенная на алтарь любви

Портрет Эммы Харт работы Джорджа Ромни

Когда 26 апреля 1765 года в семье неграмотного кузнеца Генри Лайона и его жены Мэри родилась дочь Эйми, судьба девочки казалась заранее предначертанной и неизбежной: сначала короткое и безрадостное детство, а затем тяжкий труд, почти наверняка несчастливый брак и ранняя смерть.

Однако всего несколько месяцев спустя ее отец умирает, а мать с младенцем на руках возвращается в родную семью. Будучи самой младшей, да еще и девочкой, а значит — последней в очереди к столу, Эйми по всем раскладам нищей деревенской жизни практически не имела шансов выжить. Однако, похоже, у ее матери появился довольно обеспеченный любовник, благодаря которому Эйми о’Лайн, ставшая вскоре просто Эмили, выросла в пыщущую здоровьем и не страдающую отсутствием аппетита девицу.

Читать дальше

Страница 1 из 3

Powered by WordPress & Theme by Anders Norén