13 апреля 1953 года вышел в свет первый роман бондианы. Вместе с агентом 007 мир литературных, а затем и кинематографических, персонажей пополнился девушками Бонда, первой из которых стала Веспер Линд. Ее прототипом иногда называют Кристину Грэнвил. По иронии судьбы, выдуманные герои Яна Флеминга обрели культовый статус, в то время как о легенде британской разведки времен Второй мировой, в которой счастливо сочетались сокрушительное женское обаяние, отчаянная смелость и феноменальная способность сохранять выдержку в экстремальных ситуациях, изданы всего четыре книги и не снято (пока?) ни одного фильма.

Вступая в брак, Ежи Скарбек и Стефания Гольдфедер руководствовались не столько чувствами, сколько соображениями рационального характера: обедневший аристократ и наследница успешного банкира идеально восполняли недостатки друг друга — в деньгах и социальном положении соответственно.

1 мая 1908 года у пары родилась девочка, названная Кристиной. Насколько родители были чужими друг другу людьми, настолько отец и дочь души друг в друге не чаяли. Граф явно был невысокого мнения о кисейных барышнях из высшего общества, ибо учил дочь не вышиванию крестиком, а верховой езде, катанию на лыжах, стрельбе и обращению с холодным оружием.

Не суждено Кристине было стать светской львицей и по гораздо более прозаической причине: беспечный в денежном отношении Ежи Скарбек после смерти оставил своей семье немногим больше титула и честного имени, так что вместо вечеринок его дочери пришлось ходить на работу. Впрочем, ее карьера секретаря продолжалась недолго: офис «Фиата», в котором работала Кристина, располагался над автомастерской, и выхлопные газы в буквальном смысле разъели легкие девушки. Но, как говорится, нет худа без добра — через несколько лет это спасет ей жизнь.

А пока, по совету врача, Кристина отправляется поправлять здоровье в Закопане, где развлекается лыжными вылазками в соседнюю Чехословакию за контрабандными сигаретами для своих новых знакомых из местных жителей.

В 1930 году Кристина Скарбек заняла второе место в конкурсе красоты «Мисс Польша»

К своим 23 годам Кристина Скарбек уже успела побывать замужем и развестись, но лиха беда начало. На склонах Татр победительница конкурса «Мисс лыжи» знакомится с Ежи Гизицким. Дипломатический статус и писательский стол, придя на смену лотку золотоискателя и ковбойской шляпе, никоим образом не повлияли на характер Гизицкого — угрюмый и вспыльчивый. Кристина, однако, от него без ума. В ноябре 1938-го они женятся и тут же уезжают в Эфиопию, где Гизицкого ждет пост консула.

Известие о нападении Германии на Польшу побуждает супругов немедленно вернуться на родину, чтобы вместе с соотечественниками бороться с захватчиком; но к тому времени как им удается не без труда добраться до Европы, Польша уже полностью блокирована — с запада немцами, а с востока Советским союзом.

Однако у Кристины есть план: выдавая себя за журналиста, она отправится в Будапешт, откуда через Словакию на лыжах пересечет польскую границу и попадет в Закопане, где у нее, как мы помним, друзья. По этому каналу она будет доставлять польскому сопротивлению пропагандистские материалы для дальнейшего распространения; по нему же будут поступать собранные разведданные. Кристина добивается встречи с Джорджем Тэйлором, главой отдела спецопераций MI6, — и поначалу весьма скептично настроенный разведчик сдается перед напором ее целеустремленности и уверенности в успехе операции. 21 декабря 1939 года первая женщина-шпион в истории легендарной британской спецслужбы выезжает в столицу Венгрии.

Там «мадам Маршан» незамедлительно начинает готовить свою первую вылазку в оккупированную немцами Польшу, которая состоится, вопреки увещеваниям коллег и невзирая на тридцатиградусные морозы и многометровый слой снега в горах, уже в феврале. В проводники Кристина взяла Станислава Марусажа, прыгуна с трамплина, с началом войны ставшего горным курьером польского сопротивления. Непростая миссия была ими успешно выполнена.

Однако в Будапеште нашу героиню ждали неприятности. Юзеф Радзиминский, помощник Кристины и очередная жертва ее ошеломительной привлекательности, решил жениться на предмете своей страсти, но получил решительный отказ. Совсем потеряв голову от такой неудачи, влюбленный попытался сначала утопиться, потом застрелиться, но в итоге лишь покалечил ногу. Лондонскому начальству мелодраматические жесты в разгар войны показались неуместными, и охромевшего сотрудника затребовали назад в Англию.

Анджей Коверский

Его место занял одноногий Анджей Коверский, которому увечье не помешало стать не только спутником Кристины в ее очередной лыжной вылазке в Польшу, но и ее любовником — их роман, несмотря на многочисленные увлечения Кристины, продолжался до самой ее смерти.

О партизанской деятельности британской шпионки стало известно гестапо, и вскоре плакатами с обещанием награды за ее поимку были увешаны все железнодорожные станции в стране. 24 января 1941-го случилось неизбежное — Кристину и Коверского арестовали. После нескольких часов оказавшихся безрезультатными допросов гестаповцы были готовы перейти к иным методам дознания. Спасая себя и своего напарника, Кристина незаметно прокусила себе язык и начала кашлять кровью. В тюремной больнице ей сделали рентген — и снимок поверг врача в ужас: рубцы, оставленные на легких арестованной автомобильными выхлопами мастерской «Фиат» в Варшаве много лет назад, он принял за запущенный туберкулез. Брезгливые немцы от греха подальше выставили Кристину и ее — как они опасались, тоже заразного — сообщника за ворота тюрьмы.

Однако установили за ними надзор. Оставаться в Венгрии теперь было слишком опасно. В посольстве Великобритании им оформили британские паспорта: Кристина Скарбек стала Кристиной Грэнвил, а Анджей Коверский — Эндрю Кеннеди. (Под этими именами они и проживут всю оставшуюся жизнь.) После этого Кристину в багажнике «Крайслера» британского посла вывезли в Югославию. Коверский, выдававший себя за торговца подержанными автомобилями, выбрался из Венгрии самостоятельно под благовидным предлогом доставки товара покупателю по другую сторону границы. Из Югославии они вместе отправились в штаб-квартиру отдела спецопераций британской разведки, базировавшуюся в Каире.

Там не только не оценили их профессиональных заслуг и личного мужества, но и заподозрили в работе на немцев — дескать, чем еще можно объяснить столь чудесное освобождение из застенков гестапо и успешное преодоление сотен километров пути по оккупированной врагом территории. Началось внутреннее расследование, до окончания которого Кристина и Анджей были отстранены от работы — худшего наказания для людей их склада нельзя было придумать. Кристина находила отдушину в романтических увлечениях и, не теряя надежды на то, что в один прекрасный день ее снова отправят на задание, окончила курсы радистов и парашютистов. А Анджей с его деревянным протезом тем временем стал инструктором по прыжкам с парашютом!

В это же время в Каире оказался Ежи Гизицкий, который с осени 1939-го нес дипломатическую службу в Гамбии. Это была последняя встреча супругов: без лишних сантиментов Кристина поставила мужа перед фактом — у нее роман с Коверским, и им надо расстаться.

Агентам польского Сопротивления удалось заснять сосредоточение немецких войск на польско-советской границе. То, что Германия готовится к войне с СССР, несмотря на заключенный между двумя странами пакт о ненападении, не вызывало у Кристины никаких сомнений. Когда ее предсказание сбылось, Уинстон Черчилль назвал ее своей любимой шпионкой.

Когда, наконец, все обвинения с Кристины были сняты, она очень хотела продолжить прерванную работу в Венгрии и Польше; однако ее начальство сочло это слишком рискованным. Кристина и так слишком долго искушала судьбу: для большинства ее коллег игра со смертью заканчивалась поражением в течение нескольких месяцев. В итоге, благодаря великолепному знанию языка и полученным во время вынужденного безделья в Каире навыкам радистки, она оказалась во Франции в роли связной Фрэнсиса Каммаертса. Как и следовало ожидать, ее безрассудная отвага вскоре стяжала ей среди местных подпольщиков статус живой легенды. Предсказуемым был и ее военно-полевой роман с Каммаертсом.

Фрэнсис Каммаертс

Не зря говорят, что жизнь — лучший драматург. Когда Фрэнсис и двое других агентов были арестованы и приговорены к казни, руководство маки тут же махнуло на них рукой. Кристина же на велосипеде проехала 40 километров до штаб-квартиры гестапо, где, выдавая себя за племянницу фельдмаршала Монтгомери, застращала неотвратимым и скорым возмездием со стороны наступающих войск союзников Альберта Шенка, французского офицера, переметнувшегося на сторону немцев. Угроза расправы в случае казни арестованных и предложенный за них выкуп в 2 миллиона франков достигли эффекта, на который рассчитывала Кристина, — Каммаертс и его товарищи по несчастью были отпущены на свободу.

Из всех видов оружия отдавая предпочтение боевому ножу, Кристина с не меньшей виртуозностью одерживала верх над противником с помощью острого ума и феноменального дара внушения.

Окончание войны принесло с собой «ужасы мирного времени», о которых Кристина не раз полушутя-полусерьезно говорила с друзьями, которые предчувствовала, но к которым оказалась совершенно неготова. В мае 1945-го орденоносный агент британской разведки — Кристина была награждена французским военным крестом, британской георгиевской медалью и представлена к ордену Британской империи — была уволена со службы с выходным пособием в £100. В хранящейся в Государственном архиве в Кью служебной записке, касающейся этого эпизода ее жизни, значится, что «она больше не нужна».

О возвращении на родину и речи быть не могло: происхождение и служба в британской разведке не сулили Кристине в оказавшейся после войны в соцлагере Польше ничего хорошего. Британия тоже не спешила принимать ее в свои объятия — процесс оформления гражданства из-за вызывавшего много вопросов прошлого соискательницы растянулся до декабря 1946 года.

Кристина поселилась в лондонском Кенсингтоне. Ее домом стал типовой номер на втором этаже гостиницы «Шелбурн», где под патронажем Польского общества взаимопомощи находили доступный по цене приют эмигранты.

Обеспокоенные шатким положением Кристины друзья пытались уговорить ее перебраться к Козицкому, поселившемуся в Германии. Однако семейный очаг прельщал нашу героиню не больше, чем мирная трудовая жизнь. Ее яростное сопротивление обывательскому существованию на первый и поверхностный взгляд может показаться гонором и капризом; на деле же и отказ принять оставленный в наследство одним из друзей дом, и бескомпромиссность, с которой она отвергла пост в правительстве, потому что он был предложен из уважения к ее военным заслугам, и метания с одной работы на другую свидельствовали о полной растерянности потерявшего смысл жизни человека.

В мае 1951 года Кристина нанимается стюардессой на океанский лайнер. По требованию капитана корабля, члены команды должны носить свои военные награды, и георгиевская медаль Кристины у ее коллег-англичан вызывает далеко не восторг и уважение. За исключением Денниса Малдоуни. Однако приняв благодарность за сердечное расположение, он вскоре из галантного рыцаря превращается в одержимого идеей обладания маньяка и по возвращении в Лондон устраивает за Кристиной слежку.

16 июня она должна была лететь в Бельгию по приглашению Козицкого, надеясь и отдохнуть перед следующим рейсом и избавиться от не дававшего ей проходу Малдоуни. Этой поездке не суждено было состояться. Накануне вечером Кристина вернулась в «Шелбурн» после встречи с друзьями. Следом за ней в лобби вошел вооруженный кинжалом Малдоуни. Несколько минут спустя сбежавшиеся на крик работники и постояльцы отеля обнаружили истекающий кровью труп Кристины и даже не пытавшегося скрыться с места преступления убийцу.

Когда прибыла полиция, он попросил, чтобы его казнили. Три месяца спустя британское правосудие удовлетворило его желание.

P.S.

Кристину похоронили на кладбище Кенсал Грин. Попрощаться с ней приехали, среди прочих, Коверский, Каммаертс и бывший глава отдела спецопераций MI6 Колин Габбинс.

После похорон полдюжины бывших любовников и коллег Кристины Скарбек — среди них и те двое, которым она спасла жизнь, — собрались в одном из лондонских клубов и поклялись сделать все от них зависящее, чтобы оградить посмертную репутацию Кристины от досужих сплетен и вымысла. Им это вполне удалось: история легендарной британской шпионки до сих пор остается практически неизвестной широкой публике.

P.P.S.

Анджей Коверский так никогда и не женился. Когда он умер в 1988 году, его прах был погребен в изножье могилы его возлюбленной.

Понравилось? Поделитесь с другими!