Портрет принцессы Каролины Брауншвейгской (1795)

Двоюродная сестра Каролина, прибывшая в начале апреля 1795 года из родного Брауншвейга в Лондон, мягко говоря, не показалась наследнику британского престола красавицей. Невелика ростом, склонна к полноте, а запах! Похоже, слухи о том, что она редко моется и еще реже меняет белье, небеспочвенны. Подчиняясь строгим требованиям этикета, принц в знак приветствия обнял гостью — и поспешил ретироваться в дальний угол залы, где бросился к графу Малмсбери со словами:

Харрис, мне дурно, ради бога, принеси мне стакан бренди».

На Каролину ее английский кузен тоже не произвел грандиозного впечатления: он оказался «очень тучным и отнюдь не таким привлекательным, как его портрет». Взаимно разочарованные, они через три дня поженились.

Джеймс Гиллрей. Карикатура на Принни

Принни, будущему королю Георгу IV, женитьба была ни к чему. Собственно, он уже был женат и вполне счастлив в браке с миссис Фитцхерберт. Правда, поскольку женился он тайком и без отцовского позволения, их союз с точки зрения закона был недействительным. Зато более чем реальными были накопленные им долги в размере £630,000 — по тем временам астрономическая сумма. Парламент был готов расплатиться с кредиторами принца Уэльского, но при одном условии — если тот женится и произведет на свет наследника престола.

Церемония бракосочетания с назначенной ему в законные супруги Каролиной превратилась в фарс: жених был до безобразия пьян и вместо невесты беззастенчиво пялился на леди Джерси, свою любовницу. Первая брачная ночь Принни прошла в пьяном угаре на полу супружеской спальни — до кровати он просто не дошел.

Медовый месяц, как бы издевательски эти слова ни звучали в данном случае, молодожены провели в Брайтоне. А девять месяцев спустя 7 января 1796 года на свет появилась принцесса Шарлотта Августа, единственный законорожденный ребенок любвеобильного Принни.

Выполнив государственный долг, принц Уэльский счел себя свободным от необходимости терпеть общество ненавистной жены. Последнюю он известил о своем решении запиской весьма расплывчатого содержания — дескать, ты теперь тоже свободна и вольна поступать, как пожелаешь. Каролина поняла эти слова буквально.

Супруги разъехались, перестали вместе появляться на публике и жили в свое удовольствие, будто никогда друг друга и не знали. Каролина, и раньше шокировавшая английский двор грубостью манер и вкусов, теперь и вовсе пустилась во все тяжкие.

Портрет Каролины Брауншвейгской (1798)

В своей резиденции Монтегю Хаус в Блэкхите она окружила себя веселой компанией людей сомнительной репутации, самым бесстыжим образом флиртовала с морскими офицерами и вела полные неприличных намеков разговоры. Когда в 1806 году при ее дворе появился 4-летний мальчик Уильям Остин, пошли слухи, что она прижила его от лакея. Специально созданная комиссия провела т.н. «деликатное расследование», но доказать неверность принцессы Уэльской не смогла.

После этого инцидента и без того не пользовавшийся большой популярностью Принни много потерял в глазах общественного мнения. Его отвергнутая супруга, наоборот, набирала очки. В 1814 году, благодаря поддержке вигов, Парламент одобрил повышение ее годового содержания до £50,000. Каролина заявила, что ради облегчения бремени налогоплательщиков она  вполне удовольствуется  £35,000. После чего отправилась за границу, подальше от нескончаемых сплетен и осуждения, где она могла наслаждаться жизнью без оглядки на правила и условности.

Карикатура Джорджа Крукшенка, высмеивающая отношения принцессы Уэльской и Пергами

Впрочем, за склонной к скандалам и эпатажу принцессой решили внимательно присматривать. Донесения тайных агентов Принни пестрели историями, которым позавидовал бы любой таблоид. Каролина из блондинки стала брюнеткой, шокировала общественность откровенными нарядами, рассчитанными на цветущих юных дев, а не матерей семейства не первой молодости. В Генуе она — в корсаже из полупрозрачного розового газа, короткой белой юбке и украшенном розовыми перьями головном уборе — разъезжала по улицам в фаэтоне, запряженном двумя пони, которых вел под уздцы одетый купидоном ребенок. В ужасе от потерявшей берега принцессы прибывшая с ней из Англии свита начала разбегаться.

Каролина и Бартоломео Пергами принимают ванну

В Милане Каролина познакомилась с отставным солдатом, статным и пригожим Бартоломео Пергами, который из секретарей быстро дорос до статуса любовника. В принципе, отверженная принцесса была вполне довольна своей жизнью и до тех пор, пока британский парламент обеспечивал ей достаточное финансирование, а законный супруг не предпринимал очередных попыток доказать ее неверность и не требовал развода, она и не думала возвращаться в Англию и настаивать на соблюдении своих прав как королевы-консорта.

Георг, принц Уэльский, будущий король Георг IV в 1798 году

Однако смерть Георга III и вступление на престол его старшего сына с его экстраординарным семейным положением поставило целый ряд неудобных вопросов, ответы на которые найти было нелегко. Какую роль предстояло играть Каролине в предстоящей церемонии коронации, и предстояло ли вообще? И что отвечать на вопросы иностранных королевских дворов по поводу почестей, которые они отныне должны оказывать законной супруге новоиспеченного британского монарха на случай, если в своих странствиях она вдруг окажется в подвластных им пределах?

Король, с одной стороны, приказал игнорировать само наличие королевы-консорта, а с другой, поручил правительству придумать, как бы ему побыстрее развестись. Чтобы не вытаскивать на всеобщее обозрение монаршье грязное белье, коего к тому моменту набралось препорядочно, дело попытались замять, предложив странствующей бунтарке отступных в обмен на согласие остаться за границей, смириться с тем, что ее имя не будет упоминаться в молитвах о благополучии королевской семьи, и оставить всякие надежды быть коронованной.

Такой расклад Каролину не устроил. Она решила вернуться в Англию и заявить свои права на полагающиеся ей по закону почести и привилегии. Народ встретил ее восторженно.

Процесс против королевы Каролины (художник сэр Джордж Хейтер)

Тем временем в конце июня 1820 года правительство подготовило специальный билль, принятие которого позволило бы аннулировать брак Каролины с Георгом IV и лишить ее королевского титула, не прибегая к стандартной процедуре развода, унизительной для монарха. В итоге все свелось к копанию в подробностях романа Каролины с Пергами. Как назло, любовник непутевой королевы был иностранцем; будь он англичанином, обвинили бы его по такому случаю в государственной измене и казнили.

Джордж Крукшенк. Карикатура на Георга и Каролину, изображающая их двумя большими зелёными сумками, в которых прибыли доказательства из Милана

Судилище продолжалось 11 недель. День за днем популярность Георга падала, а его брошеной жены росла. Многочисленные петиции в ее защиту собрали в общей сложности около миллиона подписей. Ей сочувствовала сама Джейн Остен, писавшая:

Бедная женщина, я буду поддерживать ее, сколько смогу, потому что она Женщина и потому что я ненавижу ее мужа» (“Poor woman, I shall support her as long as I can, because she is a Woman and because I hate her Husband.”)

Общественные настроения повлияли и на атмосферу в парламенте. В итоге, скандальный билль с треском провалился в Палате лордов и был отозван во избежание не предвещавшего ничего хорошего обсуждения в нижней палате.

На 19 июля 1821 года была назначена коронация Георга IV. Уверенная в своей правоте Каролина, поинтересовалась у премьер-министра, что ей надеть на церемонию. Оказалось, что ее участие не предусмотрено вообще.

Портрет королевы Каролины работы Джеймса Лонсдейла (1820)

Впрочем, такой поворот дела ее нисколько не обескуражил, и в торжественный день она явилась к запертым дверям Вестминстерского аббатства, крикнула «Королева… открывайте!» — и, повинуясь монаршьему распоряжению, пажи отворили двери. Правда, тут же вмешались более осведомленные и авторитетные лица — и открывшаяся было дверь захлопнулась перед самым королевским носом. Упрямая, как танк, Каролина вернулась домой и прислала королю записку с просьбой отложить коронацию до понедельника!

Увы, надеждам брауншвейгской принцессы стать британской королевой не суждено было сбыться. 30 июля на спектакле в Друри Лейн она вдруг почувствовала сильную боль в животе. 7 августа ее не стало. Точную причину смерти установить не удалось: зная, что умирает, Каролина запретила проводить посмертное вскрытие.

Похоронить себя она завещала в родном Брауншвейге. Учитывая ее исключительную популярность среди народных масс, маршрут траурного кортежа проложили так, чтобы избежать центра Лондона и возможных столпотворений. Однако рассерженная толпа перекрыла выезды из столицы, и похоронной процессии пришлось пересечь весь город. Не удалось избежать и беспорядков, которых так опасались власти. От огнестрельных ранений погибли два человека.

Согласно последней воле покойной, ее тело было погребено в Брауншвейгском соборе. На гробе были выведены слова

КАРОЛИНА, ОСКОРБЛЕННАЯ КОРОЛЕВА АНГЛИИ» (‘CAROLINE THE INJURED QUEEN OF ENGLAND’).