Шарлотта Чарк

На колченогом стуле у еле теплившегося огня сидела женщина. Компанию ей составляли обезьянка, кошка, сидевшая на спинке кресла сорока и притулившийся у ног тощий пес. Завидев посетителей, пес поднял лохматую голову и зарычал. «Хватит, Фидель, это друзья», — печальным и даже несколько робким голосом сказала женщина. На письменном столе стояла разбитая чашка, служившая чернильницей, и лежали исписанное до огрызка единственное перо и рукопись романа «История мистера Генри Дюмонта, эсквайра, и мисс Шарлотты Ивлин» — надежда и сокровище его автора.

Шарлотта прочитала манускрипт. Обговорили кое-какие изменения. Автор попросила 30 гиней гонорара и 50 экземпляров книги в качестве вознаграждения. Издатели сбили цену до 10 гиней. Шарлотта вынуждена была согласиться. Впрочем, теряя в деньгах, она все-таки получала свои копии романа, которые можно было либо продать, либо подарить богатым меценатам в надежде на ответную щедрость.

Опубликованный в 1755 году роман повествовал о тех, кто низко пав, сумел-таки преодолеть все невзгоды и испытания, благодаря великодушию и всепрощению окружающих. Созданный Шарлоттой Чарк, не зря подарившей свое имя главной героине, с которой у нее было немало общего, хэппи-энд  для нее самой так и остался, увы, несбывшейся мечтой.

Шарлотта была последним и поздним ребенком актера, драматурга, театрального директора и поэта-лауреата Колли Сиббера. Страсть к переодеваниям была у девочки в крови. Особой притягательностью обладал отцовский парик. Надетый на голову 4-летнего ребенка, он доходил ей до пят и укутывал тщательно завитыми локонами, будто плащ. Костюм дополнял отцовский же жилет, волочившийся по земле, тащивщаяся позади, словно хвост, его же шпага и водруженная поверх гигантского парика шляпа.

Теперь оставалось только потихоньку выбраться из дома — и можно было покорять окрестную публику. Вот только чулки и туфли предательски выдавали в ней девочку. Впрочем, решение было найдено быстро: Шарлотта забралась в придорожную канаву, скрывшую от посторонних взглядов все ненужные детали, и, покончив с досадными мелочами, принялась важно разхаживать туда-сюда, отвешивая прохожим поклоны в точно скопированной пижонской манере своего отца. Невиданный спектакль скоро собрал изрядную толпу зрителей. 4-летняя Шарлотта — главная героиня собственной пьесы — с удовольствием купалась в лучах первой славы.

По меркам 18 столетия и того социального слоя, к которому принадлежала семья Шарлотты, ее воспитание не отличалось особой строгостью. Отца, как правило, не было дома, а мать в силу мягкости характера и слабого здоровья не могла ничего всерьез противопоставить бунтарской натуре младшей дочери. Бывало, разве что, выйдя из себя, всыпет ей розог по первое число — и все пойдет по-старому.

Когда девочке исполнилось восемь, родители отдали ее в пансион к миссис Дрейпер в Вестминстере. И если науку изящно танцевать, мило петь  и красиво писать она усвоила, то искусство быть хорошей женой и хозяйкой оказалось для нее непостижимой премудростью. Правда, Шарлотте несказанно повезло с учителями: вместо того чтобы читать ей нотации по поводу ее несоответствия писаным правилам, они, отметив способности девочки, добились у ее матери разрешения учить ее сначала латыни, а затем и географии — предметы из образовательных стандартов для сильного пола.

В пансионе Шарлотта провела менее трех лет, а вернувшись домой снова с головой погрузилась в любимые мальчишеские забавы — верховую езду и стрельбу. Несколько месяцев спустя мать отправила ее погостить к родным в Хартфордшире, надеясь, что жена и дочери  ее родственника Уильяма Хейлса послужат ей хорошим примером и наставят сорванца в юбке на путь истинный.

Однако надеждам матери не суждено было сбыться. Вместо того чтобы постигать прелести вышивания гладью и ведения домашнего хозяйства, Шарлотта наслаждалась ролью помощника доктора Хейлса, проведывая его пациентов. А вернувшись домой, организовала собственную врачебную практику. Вооружившись школьными познаниями в латыни, парочкой медицинских трактатов из отцовской библиотеки и некоторым запасом снадобий , купленных в кредит в местной аптеке, Шарлотта предъявила себя общественности в новой роли. Успех, подкрепленный бесплатностью прописываемых новоиспеченным доктором лекарств, не заставил себя долго ждать, но, увы, был недолговечен: ее отец, и не подозревавший о наличии в семье доморощенного врачевателя, получил счет из аптеки и, оплатив наделанные дочерью долги, тут же прикрыл лавочку.

Но он плохо знал свою младшую дочь, если рассчитывал, что этим все и кончится. Воспользовавшись отъездом отца во Францию, Шарлотта заняла вакансию уволенного за пьянство и грубость садовника и по совместительству конюха (всем обращавшимся по поводу поданного ее матерью объявления она, стоя у ворот имения, сообщала, что место уже занято).

Колли Сиббер, актер, драматург и поэт-лауреат

Отец нашей героини — знаменитый актер, драматург и поэт-лауреат Колли Сиббер — был также менеджером театра «Друри Лейн», за кулисами которого 16-летняя Шарлотта и познакомилась с популярным певцом и актером Ричардом Чарком, вскоре прославившимся также в качестве музыканта и намеревавшегося вдобавок ко всему стать еще и композитором.  «Пришла пора — она влюбилась». К сожалению, предмет любви юной Шарлотты любил в ней только те преимущества, которые ему могло дать родство с влиятельным Колли Сиббером.

4 февраля 1730 года молодые люди поженились (сразу оговоримся, что брак этот был настоящей катастрофой: весьма скоро выяснилось, что Ричард — неисправимый распутник и транжира; умение спускать деньги на ветер было, пожалуй, единственным, что роднило юных супругов до тех пор, пока не иссякло приданое Шарлотты).

Два месяца спустя (8 апреля 1730) состоялся ее дебют на театральной сцене; однако едва начавшуюся карьеру прервало рождение дочери. Впрочем, ненадолго. Уже полгода спустя Шарлотта вернулась на подмостки. В длинной череде сыгранных ею хитрых и сметливых горничных, выполняющих нередко довольно щекотливые поручения своих хозяек, стали появляться т.н. брючные роли, требовавшие переодевания в мужской костюм. Высокая и стройная Шарлотта не только прекрасно смотрелась в обтягивающих фигуру бриджах со стороны, но и чувствовала себя в них гораздо удобнее, чем в многослойных юбках и корсете. Прошло совсем немного времени, как в ее репертуаре появились и полноценные мужские роли — по тем временам шаг весьма рискованный и вызывавший бурное общественное порицание. Первой стала роль Отелло. Насколько нам известно, Шарлотта была также первой актрисой, сыгравшей роль Гамлета.

Она же исполнила и роль лорда Плейса в пьесе Генри Филдинга «Пасквин» (1737). Не первая сатира на правительство Роберта Уолпола показалась предмету насмешек особенно гнусной.

Осмеянные министры жестоко отомстили всему театральному миру, приняв закон об обязательном лицензировании пьес. Введенная ими цензура была отменена только в 1968 году. Для скандального драматурга это означало конец карьеры. Впрочем, нет худа без добра: Генри Филдинг с сочинения театральных пьес переключился на юриспруденцию и в результате основал первое полицейское подразделение Лондона — знаменитых «ищеек с Боу Стрит». Ловлю преступников он успешно сочетал с литературными трудами.

Для Шарлотты Чарк введение театральной цензуры обернулось годами тяжелой борьбы за выживание. К этому времени она уже была в неофициальном разводе с мужем, который вскоре, спасаясь от долговой тюрьмы на Ямайке, умер при невыясненных обстоятельствах, в одиночку воспитывала дочку и могла рассчитывать только на себя.

Финансовая помощь со стороны ее весьма состоятельного отца прекратилась по двум причинам: царившие между ними политические разногласия, которые в силу публичности их профессий и широкой известности что родителя, что его дочери, стали достоянием общественности; усугубляло конфликт и то, что Шарлотта носила теперь бриджи не снимая и даже стала именовать себя Чарльзом Брауном (дошло до того, что в нее начали влюбляться женщины и даже предлагать ей руку и сердце!). В стесненных финансовых обстоятельствах мужское обличье служило Шарлотте в том числе и защитой от судебных приставов, охотившихся за должниками. Нужно заметить, что, когда наша героиня все-таки попалась, выкупил ее не богатый отец, что было бы естественно, а знакомые проститутки из Ковент Гардена.

Пытаясь заработать на кусок хлеба, она колесила по стране с труппами бродячих артистов, давала кукольные представления (выступления театров марионеток не подпадали под действие драконовского акта о лицензировании пьес), торговала сосисками и бакалеей, непродолжительное время и без особого успеха — чем-чем, а деловой хваткой бог Шарлотту не наделил — была хозяйкой таверны.

Но, пожалуй, самой необычной в ее карьере была работа камердинером у Ричарда Эннесли, 6-го герцога Энглси. Герцог прекрасно знал, кого нанимал на работу, так же, как был в курсе бедственного положения Шарлотты, ее прекрасного воспитания и свободного владения французским, но, похоже, находил идею утреннего облачения и вечернего разоблачения при помощи камердинера-трансвестита весьма пикантной. К сожалению, всего несколько недель спустя менее прогрессивно настроенные знакомые герцога уговорили-таки его избавиться от слишком скандального слуги.

В 1746 году Шарлотта вышла замуж во второй раз. О ее супруге нам известно только его имя и то, что всего пару месяцев спустя после свадьбы он умер, оставив Шарлотте лишь несбывшиеся надежды, разбитые мечты и неотвратимую бедность. Больше в брак она не вступала. Однако вскоре в ее жизни появилась близкая подруга, — известная нам как миссис Браун, — с которой они были вместе в так часто выпадавшем на их долю горе и столь редкой радости до самой смерти Шарлотты. Это было больше, чем дружба; две женщины стали друг для друга настоящей семьей и надежной опорой среди тягот земного существования.

Портрет Шарлотты Чарк работы неизвестного автора

В 1754 году после долгих лет мытарств и странствий мистер и миссис Браун вернулись в Лондон. Как и прежде, без копейки в кармане. В отчаянной попытке заработать Шарлотта предпринимает очередной рискованный шаг — написать и опубликовать автобиографию.

Это сейчас историю своей жизни не пишет только ленивый, а во второй половине XVIII века и самого слова «автобиография» еще не было придумано. Да и сама идея выставить на публичное обозрение свою жизнь без веской на то причины вроде духовного преображения или сохранения для потомков памяти о важных людях и событиях считалась тогда весьма постыдной и всячески порицалась. Для женщины же подобный литературный стриптиз был хуже игры на сцене.

Но Шарлотта знала, что читающая публика охоча до сенсаций и подробностей из жизни знаменитостей. И читатель не остался разочарованным. Одной из причин, по которой Шарлотта взялась за написание автобиографии, была надежда на примирение с отцом. К сожалению, ей не суждено было сбыться: умирая, Колли Сиббер оставил своей дочери Шарлотте жалкие 5 фунтов наследства.

А спустя два с небольшим года в апреле 1760 года скончалась и наша героиня. Смерть актрисы, чьи пародии на собственного отца когда-то собирали полные залы, прошла фактически незамеченной. В лондонских газетах среди новостей с полей сражений (шла очередная англо-французская война), сообщений об окончании засухи на Барбадосе, о привычно высоком числе оставленных в приюте Томаса Корама детей, отправке в Австралию 11 воров и идущих в столичных театрах спектаклях 18 апреля мелькнули и канули в лету три десятка слов о кончине Шарлотты Чарк,

известной своими авантюрами и злоключениями».

Понравилось? Поделитесь с другими!