Нетривиальный гид по британской столице

Метка: литература Страница 1 из 3

Джордж Элиот: потрясая устои

В январе 1858 года читающую Британию охватило нешуточное волнение умов. Виной тому была новинка с названием «Сцены из жизни духовенства». О книге говорили, ее расхвалил сам Чарльз Диккенс. Между тем автор «Сцен» — некий Джордж Элиот — оставался абсолютной загадкой.

В феврале следующего года таинственный писатель опубликовал свой первый роман «Адам Бид», моментально ставший бестселлером — семь изданий за год общим тиражом 16 тысяч экземпляров! Отчанные попытки выяснить, кто же стоит за псевдонимом, довольно быстро дошли до абсурда: в авторстве «Адама Бида» заподозрили некоего мистера Лиггинса, сына булочника, учившегося в Кембридже. Начались паломничества восторженных читателей в дом ничего не подтверждавшего, но ничего и не опровергавшего Лиггинса, а стоило пройти слуху, что автор «Адама Бида» живет в бедности, потому что отдает рукописи издателю безвозмездно, как была тут же организована подписка в его пользу, а на издательство обрушился поток гневных писем. Тут терпение настоящего автора лопнуло, и литературный мир узнал, что Джордж Элиот — женщина, при рождении нареченная Мэри-Энн Эванс.

Понравилось? Поделитесь с другими!

А.А. Милн Vs «Винни-Пух»

Несмотря на все усилия авторов пособий на тему «Как добиться успеха», признание по-прежнему остается во многом делом случая и на практике часто оказывается не тем, о чем мечталось.

К 44-м годам Алан Александр Милн был вполне состоявшимся романистом, драматургом, поэтом и публицистом. Начав с редактирования студенческого журнала в Кембриджском университете, где он изучал математику, Милн вскоре стал внештатным автором, а затем и помощником редактора юмористического журнала «Панч».

Алан Александр Милн в 1922 году

Глядишь, с годами он дорос бы и до главреда и провел всю жизнь в эмпиреях столичных театров и джентльментских клубов, если бы не война. Пацифистские убеждения Милна были принесены в жертву его патриотизму — так он оказался на фронте, да не где-нибудь, а в пекле самого кровопролитного сражения в истории. (Тем же ветром призывной кампании в битву на Сомме занесло и Дж.Р.Р. Толкиена; Мертвые болота во «Властелине колец» — результат незабываемых впечатлений, полученных там автором.)

Понравилось? Поделитесь с другими!

Элизабет Барретт + Роберт Браунинг

Одна из самых известных историй любви XIX века похожа на сказку о спящей красавице: главная героиня живет, как во сне, в плену драконовских представлений о счастье отца-деспота, пока однажды в нее не влюбляется рыцарь без страха и упрека, который, преодолев все преграды на пути к сердцу милой, будит ее ото сна, тайком от домашнего тирана ведет под венец, а затем увозит в волшебную страну Италию, где они живут долго и счастливо. Однако в отличие от сказок, где хэппи-эндом все и заканчивается, в жизни всегда следует продолжение истории, и оно редко обходится без драмы, а то и трагедии.

Понравилось? Поделитесь с другими!

William Wordsworth ‘Composed Upon Westminster Bridge, September 3, 1802’

Image by Free-Photos from Pixabay

Earth has not anything to show more fair:
Dull would he be of soul who could pass by
A sight so touching in its majesty:
This City now doth, like a garment, wear
The beauty of the morning: silent, bare,
Ships, towers, domes, theatres, and temples lie
Open unto the fields, and to the sky;
All bright and glittering in the smokeless air.
Never did sun more beautifully steep
In his first splendour, valley, rock, or hill;
Ne’er saw I, never felt, a calm so deep!
The river glideth at his own sweet will:
Dear God! the very houses seem asleep;
And all that mighty heart is lying still!

(C) Public domain

Понравилось? Поделитесь с другими!

Бедовый Уолтер Рэли

В июле 1591 года матушка Природа дала знать Элизабет Трокмортон, что та в положении. Жизненные обстоятельства Бесс делали это положение крайне рискованным: отцом ребенка был ее любовник и фаворит королевы Елизаветы Уолтер Рэли, а сама она – фрейлиной государыни.

Уильям Сегар. Портрет Элизабет Трокмортон

Собственно, уже одного факта их романа было достаточно, чтобы вызвать монарший гнев: юным аристократкам, удостоившимся чести служить при дворе, не полагалось самостоятельно устраивать свою личную жизнь — это была прерогатива королевы. В общем, рассчитывать на то, что Елизавета благословит их брак, не приходилось, и венчание состоялось тайно.

Элизабет успешно скрывала растущий живот до последнего. Когда же подошел срок рожать, она взяла отпуск «за свой счет» — фрейлинам разрешалось отлучаться на срок до двух недель без необходимости официально оформлять свое отсутствие — и 29 марта 1592 года произвела на свет мальчика. Младенца тут же препоручили заботам кормилицы, а его мать вернулась к исполнению своих служебных обязанностей.

Рано или поздно тайное должно было стать явным. И не то чтобы стареющая королева-девственница претендовала на роль возлюбленной во всех отношениях блистательного Рэли, однако, укол ревности почувствовала. А тот факт, что ее придворные устроили свое семейное счастье у нее за спиной, привел ее в ярость. Молодожены впали в немилость и загремели в Тауэр.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Джеффри Чосер: придворный, чиновник, дипломат, алхимик и поэт

Джеффри Чосер

Джеффри Чосер родился в Лондоне около 1343 года в семье — вопреки французской фамилии, означающей «сапожник» (chausseur) — успешных виноторговцев. И это, в общем-то, все, что нам известно о первых годах его жизни. Зато как только из простого обывателя наш герой переходит в разряд государевых людей, его биография тут же обрастает хорошо задокументированными подробностями.

В 1357 году мы находим Джеффри Чосера при дворе, где он за скромное вознаграждение служит пажем графини Елизаветы Ольстерской, супруги третьего сына короля Эдуарда III. В этом качестве, впоследствии дослужившись до оруженосца, он дважды принимал участие в походах на Францию — тогда как раз началась Столетняя война. В первом же походе 1359 года юный Чосер угодил в плен к французам, откуда его за изрядную сумму в 16 ливров выкупил сам король; за двух выкупленных одновременно с ним королевских лошадей было заплачено в общей сложности 120 ливров. Казалось, он повторял судьбу своего отца, Джона Чосера, который 12-летним мальчиком был похищен родной теткой, мечтавшей в целях сохранения семейного капитала женить его на своей дочери.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Мэри Уолстонкрафт: в защиту прав женщины

30 августа 1797 года в Лондоне на свет появилась девочка. Названная в честь матери, она в положенный срок выйдет замуж и уже под фамилией мужа напишет роман «Франкенштейн», чья слава затмит даже самые скандальные произведения ее родительницы. Всего этого ее мать никогда не узнает: она умрет от родильной горячки на одиннадцатый день после рождения ребенка.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Сэмюэл Роджерс и Александр Дайс: поэт и гражданин

Сын стекловара Томас Роджерс, отправляясь из родного вустерширского захолустья в столицу, наверное, и сам не представлял, что зайдет так далеко и станет банкиром в лондонском Сити. Как это часто бывает, его старший сын навязанной ему роли наследника предпочел несогласованное с отцом личное счастье, так что после смерти Томаса его доля в банке и £5000 годового дохода достались младшему Сэмюэлу.

Другой бы радовался, однако, стояние за конторкой и прочие прелести волшебного мира денег Сэмюэла Роджерса не прельщали. Мальчиком, вдохновившись проповедями священника районной церкви (где, заметим в скобках, в соседнем с ним ряду сидела будущая писательница, философ и феминистка Мэри Уолстонкрафт, а столетием раньше молился Даниэль Дефо), он мечтал о стезе духовного пастыря. Повзрослев и начитавшись книжек, Сэмюэл раз и навсегда выбрал литературное поприще.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Английская командировка Евгения Замятина

Русскому человеку нужны были, должно быть, особенно крепкие ребра и особенно толстая кожа, чтобы не быть раздавленным тяжестью того небывалого груза, который история бросила на его плечи. И особенно крепкие ребра — «шпангоуты», особенно толстая стальная кожа, двойные борта, двойное дно — нужны ледоколу, чтобы выдержать единоборство со льдом, чтобы не быть раздавленным сжавшими его в своих тисках ледяными полями. Но одной пассивной прочности для этого все же еще было бы мало: нужна особая хитрая увертливость, похожая на русскую «смекалку». Как Иванушка-дурачок в русских сказках, ледокол только притворяется неуклюжим, а если вы вытащите его из воды, если вы посмотрите на него в доке — вы увидите, что очертания его стального тела круглее, женственнее, чем у многих других кораблей. В поперечном разрезе ледокол похож на яйцо — и раздавить его так же невозможно, как яйцо рукой. Он переносит такие удары, он целым и только чуть помятым выходит из таких переделок, какие пустили бы ко дну всякий другой, более избалованный, более красиво одетый, более европейский корабль.«

Русский инженер-кораблестроитель и «гроссмейстер литературы» Евгений Замятин знал толк и в ледоколах и в устройстве человеческих душ.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Заблуждения челсийского мудреца

Эскиз портрета Томаса Карлейля в возрасте 46 лет работы Сэмюэла Лоренса

Появившийся на свет 4 декабря 1795 года младенец Томас стал первым из девяти детей каменщика Джеймса Карлейля и его супруги Маргарет. Мальчик рос в шотландской глуши и строгих кальвинистских традициях. Отец обучил его арифметике, мать — чтению, а дальнейшие заботы об образовании Томаса были поручены учителю деревенской школы, чьим любимчиком он немедленно стал. Особенно хорошо мальчику давались математика и иностранные языки: французскому и латыни его учили в школе, а испанский, итальянский и немецкий наш вундеркинд освоил самостоятельно.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Страница 1 из 3

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén