Удивительный Лондон

Нетривиальный гид по британской столице

Tag: Лондон в лицах (Page 1 of 7)

Хождения по мукам миссис Джордан

22 ноября 1761 года провинциальная ирландская актриса Грейс Филлипс родила дочь. Девочку нарекли Доротеей. Отец ребенка Фрэнсис Бланд дал ему свою фамилию, но три года спустя сбежал в Лондон, где женился на состоятельной наследнице.

По такому случаю трудовая жизнь его дочери началась вынужденно рано. Поработав какое-то время на одну из дублинских модисток, Дора обратила свои взоры на театральную сцену. Похоже, страсть к актерству она впитала с молоком матери. В 1779 году 18-летняя Дора сыграла свою первую роль в Crow Street Theatre.

Доротея Джордан. Портрет работы Джона Хоппнера

Вскоре она обратила на себя внимание менеджера конкурирующего Smock Alley Theatre Ричарда Дейли, который благополучно переманил юную актрису под свое крыло. Не то чтобы карьера Доры пошла после этого в гору — второсортные постановки и постоянные попытки женатого импресарио ангажировать ее для любовных сцен с собственным участием не очень-то этому способствовали. Когда все усилия задобрить непреклонную девицу пошли прахом, Дейли решил действовать нахрапом. Однако угрозы упрятать ее в тюрьму за невозвращенные долги не привели к желанному результату. Тогда он взял то, что считал своим, грубой физической силой.

Читать дальше

Джон и Генри спешат на помощь

Нигде так явно не терпимы воры, как в Лондоне; здесь имеют они свои клубы, свои таверны, и разделяются на разные классы: на пехоту и конницу (footpad, highwayman), на домовых и карманных (housebreaker, pickpocket). Англичане боятся строгой полиции, и лучше хотят быть обкрадены, нежели видеть везде караулы, пикеты, и жить в городе как в лагере. За то они берут предосторожность; не возят и не носят с собою много денег, и редко ходят по ночам, особливо же за городом.

Н. Карамзин. Письма русского путешественника. 1790 год

К середине XVIII века в Лондоне действовала сложившаяся еще в Средневековье система охраны правопорядка. В 9-10 часов вечера в ночной дозор поочередно отправлялись все местные домовладельцы мужского пола. Повинность эта, разумеется, не оплачивалась, да и к числу почетных обязанностей в сознании горожан не относилась. Нарушителей обывательского спокойствия, да и просто подозрительных товарищей, отправляли в караульную будку, где утром следующего дня их дальнейшую судьбу решал мировой судья.

Читать дальше

Эдвард Лир: Главный Белибердяй и Верховный Вздорослагатель Англии

В далеком 1990 году в дышавшем на ладан Советском Союзе начал выходить новый журнал для детей «Трамвай». Это сейчас, заглянув в Википедию, я узнала, что на его страницах были впервые опубликованы многие из негласно запрещенных в Союзе авторов и произведений и что критики назвали его «журналом детского авангарда». А тогда слово «авангард» мне еще было неведомо, однако, на уровне ощущений я, многолетний читатель «Колобка» и «Мурзилки», прекрасно понимала, что «Трамвай» — явление необыкновенное.

Среди многих открытий, сделанных мной на трамвайных страницах, были лимерики Эдварда Лира в переводе Григория Кружкова. Один из них — возможно, из-за экзотических Фермопил — запомнился мне, похоже, на всю оставшуюся жизнь:

Жил мальчик вблизи Фермопил,

Который так громко вопил,

Что глохли все тетки,

И дохли селедки,

И сыпалась пыль со стропил.

В оригинале же — это единственное у Лира пятистишие, где упоминается Россия.

С этим лимериком связан памятный эпизод детства и у Владимира Набокова. В «Других берегах» он вспоминает своего учителя английского, у которого всякий раз перед уходом последнего выпрашивал свою любимую «пытку».

Держа в своем похожем на окорок кулаке мою небольшую руку, он говорил лимерик (нечто вроде  пятистрочной частушки весьма строгой формы) о lady from Russia, которая кричала, screamed, когда ее сдавливали, crushed her, и прелесть была в том, что при повторении  слова «screamed« Бэрнес все крепче и крепче сжимал мне руку, так что я никогда не выдерживал лимерика до конца».

Там же Набоков предлагает свою «перефразировку»  (на данный момент — первый установленный русский перевод Лира):

Есть странная дама из Кракова:

орет от пожатия всякого,

орет наперед

и все время орет —

но орет не всегда одинаково.

Даже если вынести за скобки массу других интерпретаций этих строк, трансформации, которым они подверглись в процессе перевода, впечатляют. Дама из России, превратившаяся в мальчика из Фермопил, — чепуха какая-то, скажете вы вслед за Борисом Архипцевым, блестящим знатоком и переводчиком лирианы на русский язык. Но мне кажется, ее вполне оценил бы сам автор трагикомических виршей, поэт нонсенса Эдвард Лир, чья жизнь была под стать лимерикам его сочинения.

Читать дальше

Несвятой Честертон

Честертон — автор «Человека, который был Четвергом» и серии детективов об отце Брауне

К моменту своей смерти Гилберт Кит Честертон стал по-настоящему великим человеком: гроб с телом писателя был таких исполинских размеров, что в последний путь покойный отправился через окно третьего этажа своего дома в Биконсфильде. Для автора «Человека, который был Четвергом» и серии детективов об отце Брауне, а также одного из самых пламенных апологетов католичества, которого влиятельная группа его единоверцев старательно продвигает в святые, такой уход столь же символичен, сколь и закономерен.

Читать дальше

Гений и злодейства Данте Габриэля Россетти

Автопортрет Данте Габриэля Россетти

В 1848 году приятели и художники-единомышленники Уильям Хольман Хант, Джон Эверетт Милле и Габриэль Чарльз Данте Россетти объявили миру, что отныне они — братство прерафаэлитов. С тех пор свои работы они подписывали тремя буквами P.R.B. (The Pre-Raphaelite Brotherhood). Примерно тогда же 20-летний главный идейный вдохновитель братства изменил свое имя на Данте Габриэль Россетти, под которым и вошел в анналы истории искусства.

Читать дальше

Хэрриет Уилсон: блеск и нищета куртизанки

В отличие от ночных бабочек, куртизанки были вожделенной мечтой состоятельных мужчин не только и не столько как источник плотских утех, а как идеальные компаньонки. Самые успешные из них были умны и часто весьма неплохо образованы, отличались отменным чувством юмора, изящными манерами и хорошим вкусом. Законные супруги, к сожалению, далеко не всегда обладали вышеперечисленными достоинствами. Но главное — роман с куртизанкой — в отличие от женитьбы — не накладывал на мужчину никаких обязательств, хотя порой и оборачивался неприятными сюрпризами. Что ж, за удовольствия надо платить. И иногда — с процентами.

Читать дальше

Роза Льюис: из золушек в герцогини Джермин-стрит

В мае 1935 года Феликс и Ирина Юсуповы приехали в Лондон на выставку русских ювелирных изделий. Гостиницы были забиты битком, и целый день поисков грозил закончиться весьма неутешительно, когда вдруг на Джермин-стрит они заметили свет в окнах похожего на семейный пансион дома. В своих мемуарах князь Юсупов пишет:

Нас приняла седовласая дама в строгом черном платье с золотым медальоном. Гостиная была увешана фотографиями знаменитых людей, в их числе — король Эдуард VII. Безо всякой надежды спросив, нет ли комнаты, с удивлением услышали мы, что есть. Привели нас в покои с ванной, преудобные, почитай, роскошные. Но падали мы с ног от усталости, мечтали лишь о ванной и постели и вопросом, откуда такое счастье, не задавались.

На другой день пришла к нам обедать теща с сыновьями Дмитрием и Никитой. Вечером заглянул приятель, Тони Гандарильяс, атташе чилийского посольства, и рассказал, что наша строгая хозяйка — Роза Льюис, известная на весь Лондон стряпуха, что раньше Эдуард VII ценил ее стряпню не меньше, чем ее прелести. Но однажды кастрюли она оставила и открыла пансион. И теперь сюда сходятся лондонские кутилы, как прежде в Вене хаживала золотая столичная австрийская молодежь к фрау Захер. Роза пьет запоем, но только шампанское, и ничего другого пить в своем заведении не дает».

Здесь все правда, хотя и далеко не полная.

Читать дальше

Волшебный шопинг от Гарри Селфриджа

Рождественское оформление одной из витрин Selfridge’s в 2016 году © Анастасия Сахарова

Рождество 1937 года. На крыше универмага Selfridge’s в предвкушении волшебства толпятся дети. В морозном воздухе, нарастая и приближаясь, слышен рокот мотора. Задрав головы вверх, детвора замерла от восторга: покачивая крыльями, над ними описал широкий круг самолет Санта-Клауса. Через несколько минут как по мановению волшебной палочки он сам с американским флагом в руках появился на огромных мотосанях на Оксфорд-стрит. Прошло еще немного времени — и его голова показалась из установленной на крыше декоративной печной трубы. Дети в полном восторге. Волшебником, сотворившим это чудо, был Гарри Гордон Селфридж.

Читать дальше

Парадоксы Джеймса Паркинсона

Каждый год в день рождения ученого 11 апреля отмечается Всемирный день Паркинсона. Не историка и автора знаменитых «Законов Паркинсона», а его соотечественника врача Джеймса Паркинсона, чьим именем названо печально известное старческое заболевание. Удивительно, но при жизни его заслуги перед медициной оказались в тени его же скандальной политической деятельности и достижений в области тогда еще только зарождавшейся науки геологии.

Читать дальше

Генри Уэллком: вся жизнь — охота и собирательство

Генри Уэллком

В мае 1880 года для американца Генри Уэллкома началась совершенно новая жизнь. По приглашению своего соотечественника Сайлеса Берроуза один из лучших агентов по торговле лекарствами в США переехал в Лондон. Вместе они создали компанию, которая совершила настоящую революцию в фармацевтическом бизнесе в Европе, а ее невероятные финансовые успехи позволили Генри Уэллкому собрать одну из самых впечатляющих в истории человечества коллекций.

Читать дальше

Страница 1 из 7

Powered by WordPress & Theme by Anders Norén