Нетривиальный гид по британской столице

Метка: наши в городе

Библиотека всея Британии

(C) Удивительный Лондон

В 1602 году сэр Роберт Коттон, библиофил, влиятельный придворный и член парламента, обратился к королеве Елизавете с предложением основать национальную библиотеку, в пользу которой он был готов отписать содержимое своих книжных шкафов. Однако Елизавете, видимо, не понравилась вторая часть плана, предусматривавшая национализацию главных жемчужин королевского собрания книг и рукописей, в массе своей состоявшего из прибранного ее отцом Генрихом VIII к рукам достояния разогнанных монастырей.

После казни Карла I в 1649-м с инициативой сделать королевскую библиотеку публичной выступил парламент. До практической реализации этой идеи дело так и не дошло, как, по счастью, и до распродажи собрания — судьба, постигшая значительную часть коллекции произведений искусства и антиквариата свергнутых монархов.

Историческое событие свершилось-таки в 1753 году, когда скончавшийся сэр Ханс Слоун завещал государству свою мегаколлекцию — около 100 тысяч предметов, из них половина книги и манускрипты. Идея создания национального музея и библиотеки при нем у правившего тогда Георга II вызывала столько же энтузиазма, как и у его венценосной предшественницы полутора столетиями раньше, однако в этот раз в дело вмешался парламент. Помимо соуновского собрания, было решено выкупить также коллекции вышеупомянутого сэра Роберта Коттона и 1-го графа Оксфорда Роберта Харли. Для этого, а также на покупку здания для хранения музейных коллекций — выбор в итоге был сделан в пользу Монтегю-хаус в Блумзбери — требовалось, по предварительным расчетам, £50.000. Ожидать подобной щедрости от Казначейства не приходилось, поэтому сбор средств организовали посредством лотереи; и хотя она была проведена с многочисленными злоупотреблениями, в распоряжении попечителей нового музея, получившего название Британского, оказалась сумма в полтора раза больше той, на которую они рассчитывали.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Роза Льюис: из золушек в герцогини Джермин-стрит

В мае 1935 года Феликс и Ирина Юсуповы приехали в Лондон на выставку русских ювелирных изделий. Гостиницы были забиты битком, и целый день поисков грозил закончиться весьма неутешительно, когда вдруг на Джермин-стрит они заметили свет в окнах похожего на семейный пансион дома. В своих мемуарах князь Юсупов пишет:

Нас приняла седовласая дама в строгом черном платье с золотым медальоном. Гостиная была увешана фотографиями знаменитых людей, в их числе — король Эдуард VII. Безо всякой надежды спросив, нет ли комнаты, с удивлением услышали мы, что есть. Привели нас в покои с ванной, преудобные, почитай, роскошные. Но падали мы с ног от усталости, мечтали лишь о ванной и постели и вопросом, откуда такое счастье, не задавались.

На другой день пришла к нам обедать теща с сыновьями Дмитрием и Никитой. Вечером заглянул приятель, Тони Гандарильяс, атташе чилийского посольства, и рассказал, что наша строгая хозяйка — Роза Льюис, известная на весь Лондон стряпуха, что раньше Эдуард VII ценил ее стряпню не меньше, чем ее прелести. Но однажды кастрюли она оставила и открыла пансион. И теперь сюда сходятся лондонские кутилы, как прежде в Вене хаживала золотая столичная австрийская молодежь к фрау Захер. Роза пьет запоем, но только шампанское, и ничего другого пить в своем заведении не дает».

Здесь все правда, хотя и далеко не полная.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Чизик Хаус

Chiswick House © Анастасия Сахарова

В начале XVIII века Чизик был небольшой прибрежной деревушкой к западу от Лондона, популярной у состоятельных семейств «дачной» местностью. Среди прочих здесь стоял и скромный домик второго графа Берлингтона.

В 1704 году граф скончался, завещав все титулы и обширные владения своему 9-летнему сыну Ричарду Бойлю. К тому времени как Чизик Хаусу перевалило за сотню лет, третий граф Берлингтон был в самом разгаре жизненных и творческих сил и решил вдохнуть новую жизнь в семейную реликвию, призванную показать соотечественникам, как надо строить правильно.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Этот безумный, безумный Лондон

Толковый словарь Ушакова приводит следующие значения слова «бедлам» — хаос, шум, неразбериха, кавардак. И добавляет: по названию дома для умалишенных в Лондоне. Что это за сумасшедший дом такой был, что не только вошел в историю английского языка, но и прочно занял свое место в словарях русского, немецкого и даже французского языка (это при всей нелюбви лягушатников к иностранным заимствованиям)?

Понравилось? Поделитесь с другими!

Vauxhall Gardens

canaletto_vauxhall

Знаете ли вы, откуда взялось слово «вокзал»? Версий, как водится, несколько, но все они так или иначе связаны с Лондоном. Согласно одной, русская делегация, побывавшая с визитом на строительстве лондонской и юго-западной железной дорог в 1840 году, по ошибке приняла название столичной станции Воксал за обозначение здания соответствующего назначения. В дальнейшем эту историю приукрасили, добавив в нее в качестве главного персонажа самого царя Николая I. Другая же гласит, что, когда в 1837 году была построена первая отечественная железная дорога от Санкт-Петербурга до Павловска с его парками, сооруженный на конечной станции увеселительный павильон, через который большинство посетителей и попадали в парк, получил название «вокзал» в память об увеселительных садах Воксала в Лондоне, а затем новое слово постепенно расширило свое значение до сегодняшнего. Впрочем, не такое уж и новое: оно появляется в русском языке в значении «парк развлечений» задолго до описанных выше событий –

На гуляньях иль в воксалах / Легким зефиром летал», — писал Пушкин еще в 1813 году.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén