Нетривиальный гид по британской столице

Традесканты и традесканция

На Крайнем Севере, где я родилась и выросла, как нетрудно догадаться, туговато с зеленью. Среди немногих домашних растений, способных пережить испытание полярной ночью, особняком стояли традесканции — столь же невзрачные, сколь неприхотливые. Не будучи большим энтузиастом ботаники, я как-то никогда не задумывалась, почему они так называются, пока, собирая материал для очередной истории, не наткнулась на имя Джона Традесканта — человека, стоявшего у истоков английского садоводства, и основателя первого в стране публичного музея.

Первые три десятка лет жизни Джона Традесканта, по-видимому, навсегда останутся белым пятном в его биографии. На страницах исторических документов его имя впервые появляется в 1607 году, когда крестьянский сын тридцати с хвостиком лет от роду (точный год его рождения неизвестен), связал себя узами брака.

Джон Традескант-отец

Где и как он постигал садоводческие премудрости, тоже остается только гадать. Во всяком случае, толк в деле он явно знал, иначе не получил бы должность главного садовника в Хэтфилд Хаус, хартфордширском поместье самого Роберта Сесила. Министр сначала Елизаветы I, а затем Якова I, Сесил по мелочам не разменивался и приводить свои владения в достойный его политического могущества вид поручал лишь лучшим мастерам. Вооружившись составленным боссом списком покупок, Джон Традескант совершил несколько поездок во Францию и Нидерланды, где приобрел для министерских садов немало фруктовых деревьев — они навсегда остались главной страстью его жизни.

В числе его работодателей были также Джордж Вильерс, простолюдин, пленивший сердце короля Якова I, который пожаловал ему титул первого герцога Букингемского, и сам король Карл I.

Природа обделила Джона Традесканта чувством обоняния (по этой причине он отдавал предпочтение растениям, которые радовали его глаз, а не нос, вроде роз, нарциссов, лилий и ирисов), но щедрой рукой отмерила ему нюха на все «незнакомое» и «редкое». Ради удовлетворения профессионального любопытства он был готов терпеть многочисленные тяготы дальних путешествий. В 1618 году в составе английской дипломатической миссии Джон Традескант побывал в России. Русский царь отчаянно нуждался в союзнике в войне с Речью Посполитой, но не отказался бы и просто от денежной помощи. Англичан же интересовали торговые пути в Персию и Китай. Из этого, правда, ничего не вышло: глава экспедиции сэр Дидли Диггс отправился было из Архангельска в Москву с первым траншем кредита в кармане, но по причинам, до сих пор остающимся загадкой, передумал, не проделав даже половины пути, и в спешном порядке уплыл домой. Английская делегация благополучно добралась до российской столицы в январе 1619 года. Аудиенции русского самодержца им пришлось ждать до марта месяца. С Польшей к тому времени уже был подписан мирный договор. Деньги царь все-таки взял, но взамен англичане получили шиш.

Джон Традескант провел в Архангельске чуть меньше трех недель и вернулся на родину с довольно неплохим уловом, привезя из далекой России лиственницу и несколько видов диких роз.

Следующая экспедиция, в которой он принял участие, своей первостепенной задачи — задать жару алжирским пиратам, нападавшим на британские торговые суда в Средиземном море, — тоже не выполнила; однако благодаря стараниям нашего ботаника английские сады пополнились гладиолусами и сиренью. В 1627 году из Франции он привез доселе невиданный на туманном Альбионе мак.

Дом Традескантов в Южном Ламбете

Помимо диковинок растительного мира, Джон Традескант собирал курьезы как царства животных, так и человеческой цивилизации. Обосновавшись в 1626 году в Ламбете, он открыл в своем доме музей. Подивиться на сокровища «ковчега Традесканта» мог любой желающий с 6 пенсами в кармане — неслыханный демократизм по тем временам. Разношерстное собрание всякой всячины — чучела птиц, рыб, змей и морских животных, минералы и окаменелости, экзотические фрукты и орехи, национальные костюмы, оружие, домашняя утварь и картины, монеты, драконье яйцо, ручка русалки и кусочек креста, на котором был распят Христос, — почти полвека удерживало титул самого популярного лондонского аттракциона и уникального образовательного центра.

Джон Традескант-сын

Когда Джон Традескант скончался в 1638 году, «ковчег» со всем его содержимым достался его сыну Джону Традесканту-младшему. (Тот пошел по стопам отца, сменив его на посту главного королевского садовника и путешествуя за тридевять земель в поисках новых растений.) По-видимому, коллекцию планировалось передавать по наследству из поколения в поколение. Однако смерть единственного сына вынудила Традесканта-младшего искать альтернативный вариант. В итоге пестрое собрание решили подарить Оксфордскому университету с тем условием, чтобы оно оставалось во владении супруги Джона Традесканта-младшего и получаемый с его публичной демонстрации доход шел также ей до конца ее жизни.

До конца разобраться в том, что случилось дальше, за давностию лет не представляется возможным, но при всех разночтениях неизменным остается имя главного героя — вернее, антигероя — этой истории. Звали его Элиас Эшмол. Он был астрологом, алхимиком, собирателем редкостей и изрядным плутом.

Элиас Эшмол

Эшмол составил дарственную таким образом, что после смерти Джона «ковчег Традескантов» оказался в его руках, после чего он с барского плеча подарил его Оксфорду вместе со своим собранием редкостей, книг и рукописей. Новый музей, в основу которого лег дар Элиаса Эшмола, получил имя щедрого мецената. По счастью, как и ламбетский «ковчег», его могли посетить все желающие к вящему удивлению гостей из континентальной Европы. Более того, посетителям дозволялось трогать экспонаты. (Прикосновения тысяч рук дорого обошлись чучелам, включая несчастного маврикийского дронта.) Во избежание краж экскурсантов запускали в зал, после чего двери запирали. В конце концов, собрание Джона Традесканта потеряло свою изначальную целостность: часть предметов оказалась в оксфордском музее естественной истории, что-то хранится в Бодлианской библиотеке.

Отец и сын Традесканты похоронены в общей могиле на погосте церкви святой Марии в Ламбете. (Лишенный сакрального статуса храм был преобразован в музей садовой истории.) Поблизости лежит и Элиас Эшмол.

Стараниями Джона Традесканта и его сына британская флора обогатилась семью с половиной сотнями новых видов, включая тюльпановое и оливковое деревья, конский каштан, лавр, канадский клен, лаванду, флоксы, нарциссы, фуксию, цикламены, пеларгонию, розмарин и, разумеется, традесканцию.

Понравилось? Поделитесь с другими!

Назад

Музей Хорнимана

Далее

Леди Эстер Стэнхоуп: «королева пустыни», которая зашла слишком далеко

  1. Елена

    Замечательная история. Спасибо!

  2. Анна

    Как здорово!!спасибо большое что делитесь!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Работает на WordPress & Автор темы: Anders Norén