Велик соблазн начать словами «с незапамятных времен», ибо XVI век русским человеком ощущается как чуть ли не заря истории. Однако в Великобритании, где не только архитектура, традиции и социальные институты, но и деловые предприятия склонны к долгожительству, события полутысячелетней давности не только имеют конкретную датировку, но и вполне осязаемо связаны с настоящим пуповиной своего многовекового существования.

Здесь все напоминает о недавнем прошлом (C) Анастасия Сахарова

Поэтому придется начать с конкретной даты. В 1514 году Генрих VIII даровал королевскую хартию Корпорации Тринити Хаус, отвечающей за навигацию в Англии, Уэльсе и других британских территориальных водах (за исключением Шотландии, острова Мэн и Северной Ирландии). Другими словами, с тюдоровских времен Корпорация является хозяйкой-распорядительницей всех маяков и буев в королевстве (в XX веке к ним добавились морские радио- и спутниковые системы связи).

Штаб-квартира Тринити Хаус находится в лондонском Сити, а вот само производство и ремонтные мастерские с 1803 и до 1988 года располагались на небольшом полуострове у впадения речки Ли в Темзу, получившем название Trinity Buoy Wharf (buoy – по-английски «буй», wharf — «причал»).

В 1996-м конкурс на лучший проект по возрождению бывшей промзоны выиграла Urban Space Management с идеей создания в этом уголке Лондона творческой коммуны с соответствующей инфраструктурой — мастерскими, студиями, офисами, выставочным пространством и проч. Звучит довольно номенклатурно, но по факту — это, пожалуй, самое удивительное и уж точно ни на что непохожее место в Лондоне. Судите сами.

Trinity Buoy Wharf, London
Единственный в Лондоне маяк и Fat Boy’s Diner (С) Анастасия Сахарова

Главная здешняя достопримечательность — единственный в Лондоне маяк. Он встроен в стену бывшего склада для буев и цепей. Надеюсь, вы не очень разочаруетесь, узнав, что он никогда не использовался по своему прямому назначению — вместо этого ему была отведена роль испытательной площадки для сигнального оборудования, а в первой половине ХХ века здесь проходили обучение смотрители маяков.

Lightship LV95 at Trinity Buoy Wharf, London
Помимо стационарных, Тринити Хаус проектировал и строил и плавучие маяки, а на Trinity Buoy Wharf их ремонтировали. Несколько нашли здесь вечный приют, включая Lightship LV95, переоборудованный в студию звукозаписи (С) Анастасия Сахарова

До 1920-х годов он стоял тут напару со своим старшим собратом, построенным Майклом Фарадеем. Будучи научным советником в Тринити Хаус, Фарадей проводил здесь оптические эксперименты, чему посвящен «Эффект Фарадея» — одна из самых маленьких выставок в Лондоне.

Faraday by Paul DON Smith at Trinity Buoy Wharf, London
Память о Майкле Фарадее живет и в этом граффити Пола ДОНа Смита (С) Анастасия Сахарова

А теперь здесь расположен Longplayer. Эта звуковая инсталляция задумана как самая долгоиграющая «пластинка» в истории: достаточно взять тибетские поющие чаши и музыкальный отрывок длиной 20 минут, написать специальную компьютерную программу — и у вас получится мелодия, ни один фрагмент которой не повторится в течение 1000 лет!

Knocker White tug at Trinity Buoy Wharf, London
Буксир Knocker White был построен в Нидерландах в 1924 году. Верой и правдой прослужив людям 58 лет, он должен был разделить судьбу большинства судов и стать грудой металлолома. Однако судьба распорядилась иначе, и буксир был сначала приобретен Музеем Лондона, а в 2016-м стал частью арт-пространства под открытым небом на Trinity Buoy Wharf (С) Анастасия Сахарова

Кажется, я опрометчиво назвала главной здешней достопримечательностью маяк. Этого титула в не меньшей степени заслуживает и Контейнерный город (Container City) архитектора Николаса Лейси. Вернее, их тут два, связанных друг с другом подвесными мостами, — Container City I (2000) и Container City II (2002). На их возведение ушло всего четыре и восемь дней соответственно. В 2005-м было построено еще и The Riverside Building.

Современное искусство на Trinity Buoy Wharf (С) Анастасия Сахарова

Есть определенная ирония судьбы в том, что контейнеры, которые в конечном итоге и поставили крест на огромной вселенной лондонского порта с его доками, бесчисленными причалами, судостроительными верфями и проч., спустя всего несколько десятилетий вдохнули новую жизнь в этот полуостров на Темзе.

Как превратить грузовой контейнер в пригодное для человеческого обитания место? Достаточно вставить окна, заменить двери и утеплить стены. Из одного контейнера получается небольшой офис или студия. Для создания пространств побольше можно соединить несколько контейнеров; правда, все манипуляции с этим стройматериалом, кроме вышеперечисленных, ведут к значительному удорожанию квадратного метра в железных хоромах (С) Анастасия Сахарова

Идея использовать старые грузовые контейнеры в качестве материала для возведения относительно недорогого жилья «быстрого приготовления» довольно популярна: так, в Амстердаме, например, по этой модели выстроен целый студенческий городок. В качестве временного пристанища дома из контейнеров служат также беженцам; некоторые архитекторы предлагают с помощью контейнерных небоскребов решить проблему трущоб в бедных странах. Благодаря своей мобильности и сравнительной дешевизне, они могли бы отчасти снизить остроту жилищного кризиса и во вполне благополучных странах вроде Великобритании, облегчив молодым людям их первые шаги в мире недвижимости.

Andrew Baldwin's Cab Tree at Trinity Buoy Wharf, London
Cab Tree Эндрю Болдуина на крыше The Orchard Cafe (С) Анастасия Сахарова

Trinity Buoy Wharf придется по душе и любителям современного искусства — его тут полные закрома. Экспозиция под открытым небом регулярно обновляется. В конце октября 2020 года здесь можно было увидеть несколько работ Эндрю Болдуина и Алунаметр Лауры Уильямс. Последний представляет собой удивительнейшие часы: они показывают, в какой фазе находится луна, их «большая стрелка» следует за движением Луны вокруг Земли, а маленькая отмечает приливы и отливы. Алунаметр — это не только произведение искусства, но и вполне себе научный прибор: в его создании принимал участие Национальный океанографический центр, где он был запрограммирован на основании данных о географии Темзы и здешних приливах-отливах и с изрядной долей астрономических вычислений.

Alunameter by Laura Williams at Trinity Buoy Wharf, London
Алунаметр Лауры Уильямс (С) Анастасия Сахарова
«Ехали медведи на велосипеде…» Одна из работ Эндрю Болдуина на Trinity Buoy Wharf (С) Анастасия Сахарова
Andrew Baldwin art at Trinity Buoy Wharf, London
Еще одна работа Эндрю Болдуина на Trinity Buoy Wharf (С) Анастасия Сахарова

Ну и если уж в современной Великобритании с трудом отыщется церковь, где подают одну лишь пищу духовную, то в таком месте как Trinity Buoy Wharf просто обязано быть кафе. Их здесь целых два, включая Fat Boy’s Diner. Сойдя с конвейера в 1941-м в Нью-Джерси, он верой и правдой кормил американцев вплоть до 90-х, после чего эмигрировал в старую добрую Англию, где теперь потчует все теми же яствами на скорую руку лондонцев. Один из многих на родине, в эмиграции этот американец обрел уникальный колорит и, как следствие, популярность в качестве съемочной площадки. Вот уж никак не могла себе вообразить, смотря в далеком 1999 году «Осторожно, двери закрываются», что однажды окажусь буквально на месте Гвинет Пэлтроу.

Понравилось? Поделитесь с другими!