Удивительный Лондон

Нетривиальный гид по британской столице

Борис Анреп: разбитая мозаика любви

Мне голос был. Он звал утешно,

Он говорил: “Иди сюда,

Оставь свой край глухой и грешный,

Оставь Россию навсегда.

Эти ахматовские строки — далеко не единственные в ее поэтическом наследии, посвященные Борису Анрепу. Их короткий, но бурный роман развивался в драматических декорациях мировой войны: когда Борис приезжал в Петроград во время отпусков и командировок с фронта, они катались на санях и обедали в ресторанах и все это, разумеется, под неумолкающие звуки поэзии, благо стихи писали оба.

Анна Ахматова

В 1916 году Бориса отправили в военную школу Ларк-Хилл в Шотландии: царское правительство решило закупить в Великобритании 100-миллиметровые гаубицы и поручило эту деликатную миссию весьма прилично говорившему по-английски лейтенанту кавалерии Анрепу. На прощание он подарил Ахматовой деревянный престольный крест из своей «трофейной» коллекции. В Галиции, где служил Борис Анреп, многие православные храмы лежали в руинах, а их пережившее бомбежки убранство погибало под действием не столь варварских, но не менее разрушительных сил природы. На запряженной лошадью телеге в компании двух казаков он совершал ночные вылазки на нейтральную территорию и собирал все попадавшиеся ему под руку реликвии, которые затем отправил в Петербург (многие из них пополнили в итоге эрмитажные коллекции).

Вместе с крестом из полуразрушенной церкви в Карпатских горах, который Ахматова берегла до самой смерти и который теперь хранится в ее музее, Борис подарил ей на память и следующее четверостишие:

Я позабыл слова и не сказал заклятья,
По деве немощной я, глупый, руки стлал,
Чтоб уберечь ее от чар и мук распятья,
Которое ей сам, в знак дружбы, дал.

От нее же в качестве оберега он получил черное кольцо, бабушкин подарок, которому Анна Андреевна приписывала таинственную силу. Борису и правда, несмотря на все перипетии XX века, удалось прожить долгую и благополучную жизнь. Однако с Ахматовой он увидится лишь полстолетия спустя.

Читать дальше

Как англичанин Обри Херберт дважды не стал королем Албании

В то время как Оттоманская империя трещала по швам, а великие державы делили шкуру исполинского азиатского «медведя», англичанин Обри Херберт обзавелся слугой-албанцем по имени Киазим. Тот совершенно покорил сердце своего хозяина просьбой заколоть его ножом, если он вдруг позабудет о какой-нибудь из своих обязанностей. Английский аристократ вполне оценил столь безоглядную преданность и отплатил за нее не менее экстравагантным способом, возглавив кампанию за независимость Албании.

Читать дальше

Плимут

Барбара Вильерс: всесильная королевская пассия

Король-изгнанник

Казнь Карла I не поставила, как надеялись приверженцы республики, точку в истории английской монархии. В стране по-прежнему было немало ее сторонников, которые связывали свои надежды на возвращение старого доброго абсолютизма с его находившимся в изгнании на континенте сыном — тоже Карлом.  Жизнь в ссылке, несмотря на регулярную моральную и финансовую поддержку английских роялистов, была полна лишений: Сэмюэл Пипс в своем знаменитом дневнике писал о том,

как обносился и обнищал и сам государь, и его окружение».

В 1660 году в Гаагу с секретной миссией — передать изгнаннику очередную порцию писем и пожертвований на монархическую бедность — отправили 19-летнюю Барбару Палмер. Порученное ей задание она выполнила и перевыполнила: поразив любвеобильного наследника английского престола своими познаниями в искусстве постельных утех, Барбара стала его любовницей. Она же сопровождала его в триумфальном возвращении на Родину. По слухам, первую ночь в своем вновь обретенном королевстве новоиспеченный монарх провел в объятиях исполненной верноподданических чувств миссис Палмер.

Читать дальше

Эдвин Ландсир и его собаки

Эдвин Генри Ландсир. Достойный член гуманного общества © Галерея Тейт

Один из самых известных живописцев XIX века Эдвин Генри Ландсир прославился главным образом благодаря… собакам. Репродукции его исполненных драматической силы и поэтичности портретов братьев наших меньших в домах среднего класса викторианской эпохи были атрибутом декора столь же непременным, как портреты великих писателей в домах советской интеллигенции. Особого внимания художника удостоились ньюфаундленды — вернее, черно-белая разновидность собак этой породы, — которые не раз становились героями его полотен и со всей очевидностью вызывали истинное восхищение мастера, чьим именем их теперь называют.

Читать дальше

Спиталфилдз. Веселые картинки

Читать дальше

Титульная нация

Титул «мистер» (Mr), которым сегодня могут пользоваться все представители сильного пола от мальчишек до глубоких стариков, столетия назад имел гораздо более узкую сферу применения. Так, в Средние века «мастерами» (master) называли лишь мужчин с высоким социальным статусом — тех, кто мог похвастаться либо ученостью, либо достатком, причем последний подразумевал наличие не только денег и недвижимости, но и слуг или подмастерьев в своем подчинении.

Однако уже к началу XVI века этим титулом пользовались практически все мужчины вне зависимости от своего положения в обществе. Примерно в это же время получило широкое распространие сокращение Mr, которое все чаще использовалось  не само по себе, а вместе с фамилией. Со временем Mr стали произносить как ‘mister‘, и к началу XVIII века ‘Master‘ и ‘Mr‘ уже считались двумя разными словами.

Читать дальше

Фамильное наследие

Англосаксы донорманнской эры прекрасно обходились без фамилий. Одним из способов обозначить родственные связи было давать детям имена на ту же букву, с которой начиналось имя одного из родителей, как правило, отца; т.е. англосаксонские Петровы начала XI века звались бы, например, так: папа Петр, сыновья Павел, Прохор и Платон, дочери Прасковья, Параскева и Пелагея. Либо же можно было слепить имя для наследника из составных частей имен обоих родителей.

Правившие ими короли нередко пользовались прозвищами, чтобы их, не дай бог, не спутали с каким-нибудь тезкой-простолюдином. Вы наверняка вспомните Этельреда Нерешительного и Эдуарда Исповедника. Впрочем, некоторые из них предпочитали позаимствованную у непрошенных гостей с севера идею отчеств: так, последнего короля англосаксов звали Гарольдом Годвинсоном; его отец Годвин жил некоторое время в Дании и был женат на уроженке тамошних мест.

Читать дальше

Здравствуйте, я ваша тетя Ричард, или Необыкновенные приключения английских имен

До норманского нашествия 1066 года населявшие туманный Альбион англосаксонские племена говорили на староанглийском языке, который имел гораздо больше общего со старогерманским, чем с современным английским. Так, например, между буквами A и B имелась буква Æ, часто встречавшаяся в именах вроде Æthelred (имена, начинавшиеся с Æthel, что значит «благородный», были популярны среди местных королей и королев). Удивительно, но многие из староанглийских имен успешно дожили до наших дней: сегодняшние Альфреды и Эдварды, Гарольды и Освальды, Одри и Эдиты могут смело гордиться именами с тысячелетней историей.

Читать дальше

Весна в Лондоне 2018. Highgate Cemetery East

Highgate Cemetery East © Анастасия Сахарова

Страница 1 из 21

Powered by WordPress & Theme by Anders Norén