Удивительный Лондон

Нетривиальный гид по британской столице

Страница 3 из 24

Северный Уэльс. Хроники одного путешествия. Часть 4

Панорама Сноудона © Анастасия Сахарова

Покорить Сноудон — самую высокую гору Уэльса (1085 м) — почему-то считается обязательным для любого оказавшегося в этих краях путешественника, даже если в повседневной жизни он занимается восхождениями разве что по лестницам и эскалаторам. Способов добраться до вершины предостаточно: есть пешие маршруты разной степени протяженности и сложности и есть поезд. Пока мы собирались с мыслями, все билеты на него были проданы, и нам не оставалось ничего иного, кроме как идти пешком.

Читать дальше

Северный Уэльс. Хроники одного путешествия. Часть 3

Пьяцца была создана в 1965 году на месте бывшего теннисного корта © Анастасия Сахарова

Клаф Уильямс-Элис был архитектором не столько по образованию (в архитектурной школе он проучился всего 3 месяца), сколько по призванию. (А еще он был внуком Джона Уайтхеда Гривза.) И была у него мечта построить исключительной красоты городок на острове. Правда, островов, бывших ему по карману, не нашлось и валлийскому мечтателю пришлось удовольствоваться довольно запущенным, хотя и весьма живописным участком земли неподалеку от Портмадога.

Читать дальше

Северный Уэльс. Хроники одного путешествия. Часть 2

Замок Карнарвон © Анастасия Сахарова

Величественный замок Карнарвон — живое воплощение драматической истории Уэльса. И здесь не обойтись без экскурса в прошлое.

Первое, что нужно понять в отношении валлийцев, — что на самом деле никакие они не валлийцы. Они — настоящие бритты, — пишет Генри В. Мортон в «Англии и Уэльсе».

Валлийцами они стали благодаря самовлюбленности древнегерманского племени саксов, пришедших покорять здешние земли и их жителей после ухода римских легионов.

Читать дальше

Северный Уэльс. Хроники одного путешествия. Часть 1

Северный Уэльс. Долина озера Cwmorthin © Анастасия Сахарова

Есть люди, которые путешествуют с чувством, с толком, с расстановкой. Они бронируют билеты и гостиницы за полгода, экономя на этом немало денег, составляют подробный план-маршрут поездки, заранее перелопачивают весь интернет и кучу путеводителей, так что до места назначения добираются, зная его уже лучше местных жителей.

А есть такие, как мы — беспечные апологеты авося, которые, отправляясь в дорогу, знают лишь название конечного пункта и как туда добраться. Распечатка подтверждения сделанного в последний момент бронирования позволяет надеяться, что без крыши над головой на предстоящую неделю стихийные путешественники все-таки не останутся, а стопка непрочитанных путеводителей — глядишь и окажется полезной.

Наши познания об Уэльсе исчерпывались стандартным набором — принц Уэльский, гора Сноудон, замок Карнарвон, — к которому, уже не помню как, присоседилась самая длинная тарзанка в Европе. В общем, мы не знали о нем более-менее ничего, и минувшая неделя стала для нас временем великих географических и не только открытий, которыми я с удовольствием поделюсь с вами.

Читать дальше

Борис Анреп: разбитая мозаика любви

Мне голос был. Он звал утешно,

Он говорил: “Иди сюда,

Оставь свой край глухой и грешный,

Оставь Россию навсегда.

Эти ахматовские строки — далеко не единственные в ее поэтическом наследии, посвященные Борису Анрепу. Их короткий, но бурный роман развивался в драматических декорациях мировой войны: когда Борис приезжал в Петроград во время отпусков и командировок с фронта, они катались на санях и обедали в ресторанах и все это, разумеется, под неумолкающие звуки поэзии, благо стихи писали оба.

Анна Ахматова

В 1916 году Бориса отправили в военную школу Ларк-Хилл в Шотландии: царское правительство решило закупить в Великобритании 100-миллиметровые гаубицы и поручило эту деликатную миссию весьма прилично говорившему по-английски лейтенанту кавалерии Анрепу. На прощание он подарил Ахматовой деревянный престольный крест из своей «трофейной» коллекции. В Галиции, где служил Борис Анреп, многие православные храмы лежали в руинах, а их пережившее бомбежки убранство погибало под действием не столь варварских, но не менее разрушительных сил природы. На запряженной лошадью телеге в компании двух казаков он совершал ночные вылазки на нейтральную территорию и собирал все попадавшиеся ему под руку реликвии, которые затем отправил в Петербург (многие из них пополнили в итоге эрмитажные коллекции).

Вместе с крестом из полуразрушенной церкви в Карпатских горах, который Ахматова берегла до самой смерти и который теперь хранится в ее музее, Борис подарил ей на память и следующее четверостишие:

Я позабыл слова и не сказал заклятья,
По деве немощной я, глупый, руки стлал,
Чтоб уберечь ее от чар и мук распятья,
Которое ей сам, в знак дружбы, дал.

От нее же в качестве оберега он получил черное кольцо, бабушкин подарок, которому Анна Андреевна приписывала таинственную силу. Борису и правда, несмотря на все перипетии XX века, удалось прожить долгую и благополучную жизнь. Однако с Ахматовой он увидится лишь полстолетия спустя.

Читать дальше

Как англичанин Обри Херберт дважды не стал королем Албании

В то время как Оттоманская империя трещала по швам, а великие державы делили шкуру исполинского азиатского «медведя», англичанин Обри Херберт обзавелся слугой-албанцем по имени Киазим. Тот совершенно покорил сердце своего хозяина просьбой заколоть его ножом, если он вдруг позабудет о какой-нибудь из своих обязанностей. Английский аристократ вполне оценил столь безоглядную преданность и отплатил за нее не менее экстравагантным способом, возглавив кампанию за независимость Албании.

Читать дальше

Плимут

Барбара Вильерс: всесильная королевская пассия

Король-изгнанник

Казнь Карла I не поставила, как надеялись приверженцы республики, точку в истории английской монархии. В стране по-прежнему было немало ее сторонников, которые связывали свои надежды на возвращение старого доброго абсолютизма с его находившимся в изгнании на континенте сыном — тоже Карлом.  Жизнь в ссылке, несмотря на регулярную моральную и финансовую поддержку английских роялистов, была полна лишений: Сэмюэл Пипс в своем знаменитом дневнике писал о том,

как обносился и обнищал и сам государь, и его окружение».

В 1660 году в Гаагу с секретной миссией — передать изгнаннику очередную порцию писем и пожертвований на монархическую бедность — отправили 19-летнюю Барбару Палмер. Порученное ей задание она выполнила и перевыполнила: поразив любвеобильного наследника английского престола своими познаниями в искусстве постельных утех, Барбара стала его любовницей. Она же сопровождала его в триумфальном возвращении на Родину. По слухам, первую ночь в своем вновь обретенном королевстве новоиспеченный монарх провел в объятиях исполненной верноподданических чувств миссис Палмер.

Читать дальше

Эдвин Ландсир и его собаки

Эдвин Генри Ландсир. Достойный член гуманного общества © Галерея Тейт

Один из самых известных живописцев XIX века Эдвин Генри Ландсир прославился главным образом благодаря… собакам. Репродукции его исполненных драматической силы и поэтичности портретов братьев наших меньших в домах среднего класса викторианской эпохи были атрибутом декора столь же непременным, как портреты великих писателей в домах советской интеллигенции. Особого внимания художника удостоились ньюфаундленды — вернее, черно-белая разновидность собак этой породы, — которые не раз становились героями его полотен и со всей очевидностью вызывали истинное восхищение мастера, чьим именем их теперь называют.

Читать дальше

Спиталфилдз. Веселые картинки

Читать дальше

Powered by WordPress & Theme by Anders Norén